Последняя битва

Не прошло и получаса, как четверо молодых парней приволокли ворох одежды, не новой, но крепкой и чистой, а главное без насекомых, что я тщательно проверил. Чуток для порядка поторговавшись, я отдал 8 сиклей за всё. Так что идентичная местная одёжка обошлась нам всего в 68 граммов серебра. Проворные шустрые парни всё барахлишко плотно увязали в тюк, и я, кряхтя и матерясь, поволок немалую ношу к нашей стоянке.

Переодевшись, по виду мы полностью слились с местными. Вот теперь можно и в люди выходить. Прежнюю одёжку мы прикопали на склоне.

Из снаряжения у нас, естественно, осталось личное оружие: композитные луки со стрелами, мечи из модифицированной чёрной бронзы, боевые ножи и короткие копья. А также широкие боевые пояса, упакованные в перекидные сумы медицинские комплекты с препаратами в основном желудочно-кишечного свойства, кошели с серебром по сотне сиклей на нос, часы и компасы, запрятанные в бронзовых наручах. Помимо этого, ещё в Лукоморье Ополь напялил на меня, Ставра и Черчилля шейные гривны с мощными видеокамерами и запихнул в наши котомки по сотне флешек. В новом облике мы теперь в точности смахивали на бродячих наёмников из-за Евфрата.

До города мы добрались уже после восхода солнца и незаметно влились в толпу у ворот, растворившись в мешанине повозок, ослов, верблюдов и галдящих туземцев. И вот мы сидим в тенёчке за чужой повозкой, дожидаясь случая.

– Эй, бродяги, а, ну, отойдите от моей повозки! – раздался визгливый голос, и мы не сразу поняли, что имеют ввиду нас. – Отойдите, иначе стражу позову! – продолжал истошно блажить мужичок «метр с кепкой» в полосатом хитоне, выгоревшей чалме непонятного цвета и серо-коричневом плаще.

Его чалма сползла на левое ухо, и он грозно топорщил бородку.

– Уважаемый, ты чего разорался? – я сразу решил поставить придурка на место. Наёмники мы, в конце концов, или погулять вышли? – Сидим в тенёчке, никого не трогаем. В чём дело?

– Это моя повозка, и я тут решаю, кому сидеть возле неё, кому нет.

Вокруг стала собираться толпа, громко обсуждая происшествие.

Понятно, им хоть какое-то развлечение.

– Ах, ты, паскудник, – я не успел удержать Ставра и махнул рукой, будь, что будет, – ты на кого свой поганый рот открыл? На воинов-ветеранов? Да, я тебя сейчас вместо ослов в телегу запрягу!

Осознав размер угрозы, мужичок побледнел и шмыгнул в толпу, скрывшись от беды и греха.

Однако на шум от ворот сюда уже двинулись стражники. Четверо с оружием. Вот и реальный повод легализоваться.