Рай для грешников

Надо же, именно бычки, и правда – в томатном соусе.

– Слушай, а станция-то где, – спросил я, – в какой стороне?

– На хер она тебе сдалась? Ссы здесь.

Он не торопясь выпил, закусил.

– Шутка. Что, мил-человек, заблудился? И на трамвай опоздал?

– Похоже на то.

– Командированный, однодневник?

– Верно.

– Пон-нятно. Не бзди, пока светло. Хочешь, я тебя до самой станции провожу?

– Послушай, Кощей, – голос у продавца оказался скрипучий.

– Хлебало закрой, не с тобой разговаривают. Ну что, командированный, угостишь?

– Конечно.

– Беленькую возьми, рыбки там. Ну и сигарет уж тогда. – Он уставился на мой бумажник. – И рашиков подкинь червончик, всё ж таки я на тебя своё время трачу.

По старинке я всегда имел под рукой мелкие деньги.

– На, держи.

Глаза у Кощея заблестели.

– Благодарствую. Ну что, погнали? А это я с собой прихвачу. – Он сунул бутылку в карман и завернул закуску в газету.

Варварские трубы, казалось, грозно раскачиваются. Трубы, через которые ничего не выбрасывается.

Кощей впереди, идёт не оглядываясь. И опять почему-то в гору. От пота взмок; тут летом и за сорок бывает, потечёт мой галлий… Боже, о чём я думаю.

Посветлело, тучки рассеиваются, хотя в небе ещё погромыхивает. И всё покрывает то ли дым, то ли туман с резким запахом.

Мы на высоком травянистом уступе. Я поднял взгляд: ржавая туча зацепилась за край лиловой трубы. Постой, но вот же ещё дым… Что за чёрт?

Получается, что настоящий завод – вот этот.

– Ну что, Кощей, далеко ещё?

– Нет, наверное.

– Что значит – наверное? Столько плетёмся, станция где?

– А уже и прибыли.

Глава 5. Западня

«За геройство не платят, – заметил как-то Стас Янковский, наш мудрый юморист. – За геройство расплачиваются». Истинно так! Ну зачем, зачем я попёрся в эту чёртову Зону? Ведь можно было как-то иначе…

– Оглянись-ка, – сказал мой проводник.

Четверо в чёрном приближаются опасной кучкой.

– Кошёлка невелика, видать, однодневник, – процедил высокий сутулый мужик. – Эт хорошо, хрусты не успел ухлопать.

– Так и есть. – Кощей ухмыльнулся.

Говорят меж собой, будто меня уже нет. Горло сдавило страхом.

Они подступали всё ближе и ближе.

«Лисьи хвосты» тянутся в небо сразу из двух труб, всё тонет в тумане, кислая вонь лезет в глотку и ноздри. Сердце бешено колотится.