Времени нет

Хокимару не верил тому, что слышал, но боль в груди стала отступать…

Когда Хокимару после больницы появился в лаборатории, сотрудники встретили его цветами и радостными улыбками. По такому случаю был накрыт стол с чаем и сладостями. Но Хокимару еще не успел попробовать ни кусочка от большого белого торта, как последовал вызов к руководителю Агентства.

К своему удивлению, в приемной Хокимару увидел новую секретаршу. Та, услышав имя вошедшего, поднялась со своего места, почтительно раскланялась и сама открыла перед ученым дверь в кабинет.

В кабинете директора его уже ждали. Невысокий плотный господин лет пятидесяти в темном костюме с интеллигентным загорелым лицом, на котором ярко выделялись светлые умные глаза, поднявшись из-за стола навстречу вошедшему, первым поприветствовал Хокимару, как только тот переступил порог директорского кабинета. Ученый с легким поклоном поздоровался вначале с незнакомцем, потом с сидящим в кресле господином Тошитой.

– Господин Хокимару, – излишне громко произнес Тошита, – прошу принять мои искренние извинения за то недоразумение, которое произошло здесь три недели назад. Я… – Тошита растерянно взглянул на плотного господина в дорогом костюме, – … мы тут во всем разобрались… Вы продолжаете работать в нашем институте. Приказ о вашем увольнении отменен… – Тошита осекся.

После многозначительного взгляда и кивка головы плотного господина Тошита покинул кабинет, бесшумно притворив за собой дверь.

– Как ваше здоровье, господин Хокимару? – поинтересовался незнакомец.

– Спасибо, полон сил и желания приступить к работе после длительного отдыха, – пытался пошутить ученый. Но на лице незнакомца не обозначилось даже подобия улыбки. Умные азиатские глаза прямо смотрели на Хокимару, и казалось, что от них ничего нельзя скрыть.

– Сердце не тревожит?

– Нет. Вы же знаете возможности нашей медицины. Сделали шунтирование так, что пожаловаться не могу, – будто отчитываясь, доложил Хокимару, все еще чувствуя скованность от непривычного обращения.

– Хорошо. Чай или сок? – по-хозяйски пригласил господин в темном костюме, жестом указав в сторону накрытого на две персоны столика возле большого дивана у стены под картиной, изображающей распускающиеся цветы на фоне заснеженной вершины горы Фудзияма.

– Спасибо, чай, – выбрал Хокимару, с облегчением отводя от незнакомца взгляд.

– Тогда присаживайтесь. Я тоже выпью чаю.