Женщины-кошки

О своей первой любви могу рассказать не много. Наверное, первая любовь и должна быть несчастной… чтобы помниться.

Её звали Татьяной. Мы были одногодками, но она училась в 7-м классе другой школы, а жила в нашем дворе в соседнем доме. Окна наших квартир располагались почти напротив. Мы жили на пятом, а она на четвертом этаже. И я видел, когда Татьяна выходит на балкон. Вечерами, когда в её комнате горел свет, я долго стоял у окна и смотрел, пока этот свет не гас. Она не знала ничего о моих чувствах, пока однажды я сам «не раскрылся».

Тогда мы оба перешли в 9-й класс. Очень часто виделись во дворе, играли в одни игры, водили одни компании, ходили гулять в парк и в кино. А я уже почти два года вздыхал по своей «даме сердца», но никому не говорил об этом.

В наш двор наведывался Юрка Трубицын, с которым я вместе учился до 8 класса. Потом его отправили в ПТУ. Юрка был двоечником, слыл уличной шпаной и имел старшего брата – известного в районе хулигана. Поэтому с Трубицыным никто никогда не связывался.

Я замечал, как Юрка неровно дышит к Татьяне. А она демонстративно его игнорировала.

В одно из своих посещений Трубицын прижал Таню к стенке дома и стал её душить. Я увидел, что ей больно… А дальше уже понял, что повалил Трубицына на землю и сам душу его. Юрка драться не стал. А мне стало страшно на следующий день, когда мне сказали, что за школой меня ждёт старший Трубицын с компанией. Пришлось идти. Но, вместо избиения, старший Трубицын (уже не помню его имени) в присутствии младшего – Юрки предложил мне сказать правду – нравится ли мне Татьяна Варфоломеева? Если не совру – бить не станут.

Я сказал правду.

Старший Трубицын объявил, чтобы ни Таньку, ни меня их компания не трогала. Но меня и её с тех пор вся школа дразнила «женихом и невестой». Я видел, что всё это смущает Таню. Но объясниться с ней не смог. Даже подойти не смог. В компаниях она стала меня сторониться и избегать. А я украл с Доски почёта её чёрно – белую фотографию и всё не мог насмотреться на её лицо.

Лишь когда нам исполнилось шестнадцать и Татьяна превратилась в прекрасную девушку, я наконец – то смог пригласить её в кино.

Была весна, мы долго гуляли по вечерним улицам, я катал её на качелях и был самым счастливым человеком в мире! Я боялся даже прикоснуться к ней. А впереди у нас были выпускные экзамены…

Когда я уезжал поступать в лётное училище, пришёл к ней домой попрощаться. Она вышла в подъезд.