Когда заговорили пушки

Что находится дальше не видно, длинные, искусно расписанные раскладные перегородки перекрывают обзор, и кто еще может там прятаться, непонятно.

Граф снял шапку, украшенную дорогим павлиньим пером, с достоинством наклонил голову:

– Рад приветствовать Ваше Величество.

Петр поднялся, взяв за плечи, крепко тряхнул, указал рукой на накрытой стол:

– Присаживайся граф, не откажешься поужинать с русским царем?

– Не откажусь, – немного с акцентом, не чинясь, произнес литовец и присел напротив. Из-за тонкой преграды шатра послышались грубые мужские голоса, армия отдыхала после трудного сражения.

– За укрощение шведского хищника! – провозгласил, поднимая бокал Петр.

– Виват – дружно поддержали, вставая сотрапезники.

Гости принялись кушать. Об утреннем происшествии не сговариваясь решили не вспоминать. Граф не хотел упоминать о покушении, несостоявшийся убийца был единоверцем, царь, потому что откуда пришел удар еще непонятно, следствие только началось, а зацепок никаких. Насмерть зарубил Сапега вора, сие подозрительно, но опять же не будь его, никто не успевал защитить Петра.

Пока ужинали царь был весел, рассказывал, как король шведский без памяти бежал от русских войск, хвастался захваченными трофеями. Литовский граф поддерживал веселье, но ни словом не упоминал причины, приведшие представителя одной из могущественных шляхетских фамилий Великого княжества Литовского в русский стан.

– Государь, у меня дело к тебе важное и тайное – сказал Казимир Сапега, после того как заморили первый голод и позволили приличия.

– Слушаю тебя граф, – кивнул Петр. Отодвинув в сторону кубок с тарелками и откинулся в кресле.

Сапега покосился на царева любимца, ведшего себя за столом скромно и предпочитавшего молчать. Петр, негромко, сквозь зубы:

– При нем можешь говорить.

Сапега поджал губы, но ничего не сказал, раз царь доверяет, то ему и подавно придется. Вскинув взгляд на Петра, произнес нервно:

– Клянусь честью, если бы не крайняя несправедливость Радзивиллов, Вишневецких и их приспешников ко мне, моим родственникам и сторонникам никогда я не пришел бы к тебе!

Радзивиллы – богатейший род в Великом княжестве Литовском, в 1518 году первым в государстве получивший княжеский титул Священной Римской империи.

Вишневецкие – литовско-русский род герба Корибут, ветвь князей Збаражских, которые, в свою очередь, были ветвью князей Несвицких. 

Петр промолчал, лишь круглые глаза пытливо смотрят в лицо гостя.