Кремль 2222. Тушино

«Дружинники все равно сбежались бы на звук выстрела, а тут бы их уже ждали два разозленных шама… Кто знает, сколько в таком случае было бы жертв? Я точно был бы мертв. Но то я. А когда другой умирает за тебя…»

Внезапно ему на плечо легла чья-то рука. Игорь вздрогнул от неожиданности и оглянулся: это был Мрак.

– Не кручинься, – сказал черноволосый дружинник. – И себя не кори. Что у вас с побратимом за привычка такая – что бы ни случилось, себя во всем винить?

– С детства так пошло, – грустно улыбнулся Игорь.

– Мы все знаем, на что идем, – серьезно произнес Мрак. – Смерть рядом ходит, нет-нет да и заберет кого-то.

– Казалось, что сейчас – меня.

– А, видишь, как вышло? Значит, везучий ты, в рубашке рожденный, как говорят. А Дмитрий не просто так погиб – он нам дорогу расчистил, свободен теперь путь. Верно я говорю, Богдан?

– Верно-то верно, – подтвердил усач. – Да вот только Димке-то от твоих слов не легче. Царствия небесного ему.

– Светлая память… – зажмурившись, пробормотал Мрак.

– Давай прежде его тело камнями обложим, чтобы твари всякие кости не обглодали, – угрюмо сказал Захар. – А уже после попрощаемся.

Все согласились.

– Эй, что вы там встали? – донеслось снаружи. – Путь свободен, можем ехать…

– Димку шам прикончил, – отозвался Мрак, повернувшись лицом к окну.

Говоривший заохал:

– Надо б похоронить как-то…

– Уже и возимся! Давайте тоже помогайте, Захар говорит, надо камнями обложить, чтоб муты тело не трепали…

– Верно говорит…

Большим числом управились быстро.

Смахнув со лба пот, Игорь уставился на груду кирпичей, под которой теперь лежал труп убитого дружинника. Далеко не всегда нынешняя Москва предоставляла возможность достойно попрощаться с погибшим собратом. Куда чаще приходилось наблюдать, как очередное порождение Зоны проглатывает твоего товарища, того, с которым ты еще полчаса назад делил хлебную корку или девок обсуждал. После боя ты пытался вспомнить, как это случилось, и не мог – ведь не успели челюсти той прожорливой твари сомкнуться, как на тебя уже нападала другая, все еще голодная и оттого злая, как черт.

Сейчас же все было по-другому. Не было полчищ мутантов, которые перли из всех щелей, сливаясь в единое серо-черное море. Был один-единственный дружинник, которому Игорь уже никогда не сможет вернуть Долг Жизни.

И было самое настоящее прощание – без спешки, сердечное, искреннее и неторопливое. Игорь подошел к груде камней последним.