Проходимцы

«Боже, ну почему альбиносы не умеют делаться невидимыми или сливаться со стенами? Столько проблем бы это решило…»

– Ты от старика Мортимера, да? – осведомился Стивен на ходу.

– А если и так, то что? – спросил Томас.

Он старался, чтобы голос не дрожал, но получалось не слишком. Люди вроде Томаса очень боятся таких вот стивенов – наглых и самоуверенных ублюдков, прекрасно умеющих запугивать тех, кто не вышел ростом…

«…или цветом кожи… или чем-то еще».

– А то, – протянул «переговорщик», подойдя к альбиносу вплотную, – че я хочу знать, че вы там делали…

Голос у бугая был сладкий, будто уинсдонский мед.

– Ты сам знаешь, что я не могу об этом болтать, – произнес Томас, глядя на великана снизу вверх.

– Чего это не можешь? – изобразил недоумение Стивен. Только сейчас Томас заметил, что на улочке, кроме них, нет ни одной живой души. Где-то вдалеке шумели моторы самоходок, но сюда, как назло, никто не ехал.

«Черт… как специально».

– Потому что Измерители должны хранить в тайне…

Стивен ударил его под дых – коротко, без замаха, но и этого хватило, чтобы Томас выпучил глаза и зашлепал губами, словно рыбина, шальной волной выброшенная на берег.

Измеритель схватился за грудь и попятился, боясь нового удара, однако верзила не торопился развивать успех. Вместо этого он схватил Томаса за грудки и, притянув к себе, тихо прошипел:

– Ты, наверное, просто хреново меня знаешь, Холтон. А вот если б ты меня знал, ты б в курсе был, че я не шибко люблю все эти… игры в молчанку.

Томас молча смотрел в красное лицо верзилы.

– Хотя я и так знаю, че ты делал у старого пердуна, – прошипел Стивен, встряхивая Томаса, чтоб тот смотрел ему в глаза, а не в сторону. – Ты ему магию мерял, так, Холтон?

– Ну, может, и так, – буркнул альбинос.

Дураку понятно, что Измеритель мог прийти в чародейскую лавку только для того, чтобы проверить наличие магического поля. Но Стивен подавал все так, будто только что совершил разоблачение века.

«Кретин, каких свет не видывал. Но рука тяжелая».

Внезапно Томас услышал звук, отдаленно напоминающий рев мотора. Сердце в груди застучало быстрей.

«Кто-то едет. Вот бы полиция…»

Звук становился громче с каждой секундой.

«Ну же… скорей…»

Томас с трудом сдержал победный возглас, когда самоходка характерного желтого цвета выскочила из-за дальнего поворота и устремилась к «стервятнику» и альбиносу.

«Такси. Боже, только не сверни никуда!..