Сорняки

Видимо, Мочалка в этот момент делала то же самое. Интересно, в кого она в этот миг его превращает? В фонарный столб? В зверушку из прикола-комикса. Вдруг замер. Воображение непостижимым образом превратило Мочалку в ту девушку… Оттуда… Он не знал, как ее зовут! Хотя, какая разница? Это было не так важно. А может быть важно? В любом случае в этот миг перед ним оказалась ее совершенная копия. Была она обнажена, казалась чудом. А еще эти глаза…

«А ничего, что для этого нужно хоть немного любить того, с кем ты собираешься…» – услышал он ее голос.

Тогда девушка не закончила фразу. У нее в горле застряло то последнее, ради чего двое ложатся в постель. И снова он взглянул на видение.

– Что с тобой? – услышал он голос Мочалки.

– Ничего.

Стайер отпрянул, уселся на диване, посмотрел в окно. Немного помолчал, потом спросил:

– Послушай, а ты любишь?

– Чего?… А я что делаю? Я очень люблю тра…. Что-то не так? Не понравилось?

– Я не об этом. Как сказать? Меня ты любишь?

– Ты что, бутерброд? – захохотала Мочалка.

 – Или пирожное с прикольной добавкой? Что с тобой, я не догоняю?

Он молчал. Мочалка немного подумала и уже серьезно добавила:

– Я очень люблю с тобой секс. Ты лучше Кабана, лучше Щелбана, Урода. Лучше богатеньких из золотой мелкоты, которых по малолетнему убожеству хватает на полторы минутки. Зато понтов! С тобой классно, прикольно! Ты это имел в виду?

– Одевайся!

– Зачем?

– Пойдем.

– Куда? – удивилась Мочалка.

– Без разницы.

– Хорошо.

Скоро они оказались на улице.

– Дай руку, – вдруг попросил Стайер.

– Что? – не поняла она.

– Руку дай!

– Зачем?

– Он схватил ее за руку, и какое-то время шел молча. Потом отпустил. Вернее, отбросил.

– Не поняла?!

– Холодная.

– Что?

– Рука у тебя холодная. Как лягушка.

– Идиот! – спокойно ответила Мочалка.

– Хо-ло-дна-я, – пробормотал он.

– Да, пошел ты! – не выдержала девушка.

– Сама иди.

– И пойду. Думаешь, долго ходить буду?

– Не думаю. К Кабану катись, он давно на тебя пялится.

– Найду куда круче твоего Кабана и тебя тоже.

– Хорошо.

– За мои-то коины! Десяток охотников себе заведу. Бегать за мной будут. Тоже мне, крутой нашелся.

– Вот и иди.

– Даже тату сделать себе не может. Ходит, как урод.

И Стайер проводил ее стройную удаляющуюся фигуру долгим взглядом…

Надоела, – вдруг подумал он. – А может, действительно завести себе троих? Как та девчонка, которая говорила про любовь. Чего-то не хватало. Чего, он не знал.