Честное слово

 – Не я, но моя лошадь ранена! Вперед! Не оттягивать!

Он выхватил ружье из рук ближайшего солдата, стал справа от первого взвода и решительным шагом пошел перед колонной со штыком наперевес. Поступок генерала был необычный и дикий не только с точки зрения XIX-го века, но хоть и с точки зрения Чингис-хановых времен, когда военачальник так же, как и сегодня, должен был руководить боем издалека, а не лезть в драку лично, оставляя людей без управления. Барабан ударил, и люди приободрились.

Рассыпная стрельба перед наступающей колонной прекратилась. Впереди уже можно было различить бесформенную, как бы раздутую темнотою толпу людей, и даже разобрать белеющие панталоны и перекрестья ремней. На том расстоянии, где французам полагалось дать залп, генерал стиснул зубы и нахмурился, но грохота не последовало. Французы ждали русских гренадер без выстрела, подбадривая себя к предстоящей драке задорными гнусавыми выкриками.

– Короче шаг! – повторил генерал. – Не бежать! Ура не кричать! В десяти шагах!

«Вот это бой!» – подумал он с бешено бьющимся сердцем и, после того, как стали хорошо видны лица французов и до них можно было добросить камнем, закричал: «За мной, ребята! Ура!» и побежал, как бешеный бык.

От первого сумасшедшего наскока русских французская колонна не опрокинулась, а только отшатнулась и расступилась. Однако, убежав вперед за генералом, первый взвод не заметил, что задние ряды замешкались и стали подаваться назад, а опомнившиеся французы обступают их со всех сторон.

Оглядевшись, генерал увидел, что полка с ним нет, и на него лезут со штыками люди с нерусскими, перекошенными лицами. И пошел рукопашный бой, то есть, горстку отбившихся русских стали со всех сторон яростно тыкать штыками, рубить и резать саблями, как загнанных на убой животных.

Генерал еще пытался парировать ружьем удары наседающего на него офицера с саблей, но в это время его что-то сильно ударило в правый бок, как будто садануло бревном, и от этого удара он вверх тормашками полетел на землю.

Еще не чувствуя боли, генерал пытался подняться на ноги и снова драться, но его пнули в голову так, что все вокруг зазвенело и из глаз посыпались длинные пучки электрических искр, а затем в его грудь уперлись сразу несколько штыков.