Кровь. Закат

Долгие несколько секунд ничего не происходило, и вдруг (!) – они с Сахно посмотрели друг на друга – паровозный гудок! Где-то совсем рядом!

И тут же – ВОЙ ЖУТКИЙ – от которого кровь стынет в жилах.

Кровник не успевает обернуться – Сахно молниеносно вскидывает оружие и делает три быстрых выстрела куда-то ему за спину:

– БАХ-БАХ-БАХ!!!

– Поезд! – говорит оглохший на одно ухо Кровник и дергает головой. – Там!

Он забрасывает автомат за спину, хватает левой рукой кейс, правой – пацана:

– За мной!

Выстрелы за спиной.

Это Сахно, став на одно колено, вколачивает пулю за пулей в шевелящийся туман.

Лес кончился.

Лес остался позади.

Он бежит вниз по склону холма и видит белеющую полоску неба где-то впереди. Рассвет начнется с минуты на минуту. Он видит – где-то там же – впереди – широкую реку в клочьях тумана. И еще ближе – вот прямо у подножия этого холма – железнодорожную насыпь с полосками рельс. Кровник слышит поезд, его лязгающий шум. Он видит свет его прожектора, ползущий по рельсам откуда-то из-за поворота.

Он видит сам тепловоз – урчащую квадратную коробку с мощным фонарем в квадратном лбу. Тепловоз, натужно гудя, тащит за собой пустые платформы. Одна за другой, громыхая на стыках, появляются они из-за холма. Кровнику кажется, что тепловоз ползет как черепаха. Как ленивая сонная змея.

Ему кажется, что они сейчас с разгону перепрыгнут его. Взлетят над рельсами и перемахнут состав в два счета – вот как быстро они бегут. Вот как несутся, вниз сшибая остатки желтой листвы.

Они уже не могут затормозить. Они уже не могут бежать быстрее. Еще немного – и отвалятся ноги.

И тут (наконец-то!) склон заканчивается.

Кровник делает несколько шагов по ровной поверхности и чуть не воет от боли: судорогой свело все мышцы ног. Он спотыкается. Еще раз.

«Сейчас упаду» – думает он, но чудом умудряется удержаться на ногах.

Рукоять кейса скользит в мокрой ладони.

Ему кажется, что он больше не сможет сделать и шагу.

Пот заливает глаза. Капает с носа.

– Бах! – сзади, – Бах! Бах!

Они стреляют в него на ходу. Летят вниз по склону, не разбирая дороги, поднимая пыль и ломая ветки.

Не зная, как это у него получается, он сгибает правую ногу в колене и переставляет ее вперед. Делает шаг. Другой.

Он бежит! Бежит по гравию железнодорожной насыпи вдоль едущего вровень с ним поезда. Вдоль платформы с остатками песка. Дорога начинает еле заметно изгибаться, и поезд послушно начинает изгибаться вместе с ней.