Мост

 – От тебя столько шума! Давай открывай ворота! Хоть бы одну, какую-никакую завалящую клячу найти! Ты мне сказал, что здесь лошадей видел! Видел?

– Да видел я, видел! Пастух на лошади овец гнал. Что же это такое?

– Ты это опять про что? – поинтересовался у своего подельника Арман.

– Да щекочет у меня в носу! Вот-вот чихну!

– Я тебе чихну! Домой пешком пойдешь! Аш бол! (Открывай, давай!)

Мухтар широко распахнул слегка поскрипывающие ворота кошары. Друзья вошли внутрь. В свете фонаря друзья разглядели только представителей мелкого рогатого скота.

Кроме нескольких баранов, пяти-шести десятка овец, в слабо освещенном помещении находилось с десяток тощих коз.

– Чем они их только кормят? Чего они такие дохлые? – возмутился Арман.

– Ага! Тощие! И в кучу сбились, чтобы друг друга поддержать и на землю не рухнуть! – поддержал шуткой своего товарища Мухтар и тихо засмеялся.

– Чего ржешь? Что этих будем брать? Боюсь живьем не довезем! Подохнут! – почти шепотом произнес Арман.

Полусонные животные проявляли малую активность, только жались друг к другу и негромко блеяли.

– Давай, Мухтар, заходи от задней стены и гони их к выходу, а я пока грузовик разверну и задний борт открою. А там вместе покидаем их в кузов, сколько сможем и сматываемся!

– А! А! А….

– Ты чего-то сказать хочешь, Мухтар?

– Апчхи! Апчхи! – дважды громко с надрывом чихнул Мухтар и животные, перепуганные громким резким звуком, ринулись к выходу, сбив с ног на землю, попавшихся у них на пути незадачливых конокрадов, подняв при этом невообразимый шум.

Когда вся эта блеющая и мекающая группа животных, наконец, завершила свой побег, и в кошаре не осталось ни одного животного, Арман с Мухтаром, отряхиваясь от пыли и мусора поднялись на ноги, потоптанные и перепачканные мелкорогатыми беглецами. После небольшого замешательства конокрады попытались хоть как-то компенсировать свой тактический провал плохо подготовленной операции. Они сделали попытку поймать хотя бы какую-нибудь тощую овцу или козу, но было уже поздно.

Отара, никем и ничем не сдерживаемая, рванула вниз по склону, по грунтовой дороге, ведущей к дому тракториста.

После ужина в кругу семьи, Олжас вышел на крыльцо, чтобы вдохнуть свежего прохладного воздуха, дующего с гор, как вдруг услышал нарастающий топот. Почти сразу он разглядел в тусклом свете двух уличных фонарей бешено несущееся прямо на его дом оголтелое стадо мелкого рогатого скота.