Да здравствует Государь! Три книги в одном томе

Впал в полное сумасшествие… Я не знаю, что делать!»

Зачем ему вдруг понадобились деньги – целый миллион? Вот так – вдруг и внезапно?

Может и не просто так казначей «глядевшего в Наполеоны» человека лишился рассудка? Что всё-таки было на самом деле в той истории – и что случилось с «Белым генералом»? Кто отдал приказ если таковой был? А кто единственный в державе имел право отдать его? Была ли это прямо выраженная отцовская воля, или просто брошенное вскользь мнение что дескать Скобелев может быть опасен и «дело сие надобно разрешить»?

Кто разрешал? Ведь еще живы и Лорис-Меликов, и московский губернатор Долгоруков – и он может задать любому из них прямой вопрос.

И наверное если задать его правильно и с должной волей они не посмеют солгать в лицо своему государю. Или посмеют? А он – осмелится ли он узнать правду? И нужно ли это ему? И можно ли судить тех кто это сделал?

…Войны значит хотел «Белый генерал»… Не понял он того что понял батюшка – дорого слишком становятся войны в эпоху крупповских пушек, и шрапнели.

И не в том положении матушка Россия чтоб вот так лезть в войну.

Народ беден – ведь зря говорят умники из журналов да чайных что власть этого не знает… Целые уезды живут впроголодь. Да и в урожайный год бывает что крестьянин ест хлеб с мякиной. Жилища – бедные избы или городские лачуги его – сырые, вонючие.

У народа мало больниц – оттого до половины (Боже!) детей умирает. Но удвой число этих больниц – все равно число их будет на миллионы населения.

Землю пашут сохой как при Иване Грозном – истощая почву и учиняя драки со смертоубийствами из за дележа скудных полос.

Война ведь тогда удачна когда тыл крепок. А не так как в Крымскую компанию когда не потеряв по сути почти ни клочка земли в битвах – подписали кабальный мир – «по невозможности продолжать военные действия»

Да и по части военной тоже не все хорошо… Как выяснил недавно Георгий общаясь с генералом Гурко – у нас еще состоят на вооружении древние гладкоствольные единороги – в качестве крепостных пушек-картечниц.

Да и в войсках большая часть орудий – устаревшие уже системы с клиновыми затворами образца 1867 года. Да разве одни пушки? Еще не полностью перевооружили солдат на новейшие винтовки Бердана, значительная часть стрелков по-прежнему довольствуется ружьями Карле и Крнка с картонным патроном и игольчатым механизмом.