Колдун из Черной Перчатки

Разве ты не видишь – Влюбленность изменил ее судьбу?

– Да, ты прав, Интерес.

– Вернемся ко мне! Зачем вы меня позвали? – напомнил я о своем присутствии.

– Чтобы объяснить. Ты должен как можно скорее стать учеником колдуна, затем обучить своего ученика и идти к нам в башню. Мы поможем тебе избежать предначертанного.

– Это ты о том бреде? Интерес… верно? – уточнил я.

– Да, это мое имя. Все мы носим имена в честь чувств и эмоций, – пояснил желтый.

– А Толик?

– Он – морж.

Мне объявили всю истину мира и окатили ледяной водой. После чего разговор завершили, выставили из сауны и с раздражением начали что-то втолковывать Влюбленности по поводу изменения судьбы юной девы.

Я не стал с ними спорить, принял все как есть. Захватив на выходе грушу, выслушал лекцию о воровстве от Васи, спустился вниз, как ни странно, радостный. Подбрасывая вверх фрукт и ловя прямо на лету, я дал себе обещание никогда больше не входить в эту башню.

Я уже предвкушал сочную мякоть груши во рту.

Дома у меня всегда было много фруктов. Однако здесь кормят одним и тем же, никакого выбора: суп из грифонов, манная каша, похлебка от пьяного Тома, жаркое из дракона…

– Груша, с кем тебя разделить? С Татьей или Алаей? – вслух спросил я, достигнув выхода, и не ощутил ее в руках. Она просто выпорхнула и резко полетела вниз. Паря над ступеньками в направлении подземного перехода между Черной и Белой Перчаткой, моя груша казалась еще аппетитнее.

– Но это же нечестно! – обиделся я на гравитацию. – У груши не та форма, чтобы вот так катиться вниз! И поэтому она воспарила?! Вселенская несправедливость!

Я кинулся за своей добычей, что было очень глупо. Наверху окна давали свет, а от тумана исходило свечение. Внизу тумана не наблюдалось, впрочем, как и окон, а вот кромешная тьма была. К счастью, на поясе у меня висел кубок, в кармане лежали спички. Я зажег одну и кинул на дно кубка.

Небольшой огонек позволил увидеть, как груша стремительно летит вниз.

Я бежал, на ходу отрывая рукав от черной мантии и кидая его в стакан. Уже едва тлеющие угли разожгли огонь.

Владей я магией, проблем бы не возникло – я бы создал факел или светящуюся сферу, а сейчас мог только жертвовать одеждой, стараясь ножом отрезать куски ткани поменьше и сжигать их в кубке. Резал я, правда, только левую сторону, рассчитывая вернуться назад.