Шальное золото сибирского прииска

Однако, как выяснилось позже, в картёжных делах, Сергей оказался вовсе «не промах». Но об этом, чуть позже…

За окном жилого домика вовсю завывал северный ветер, по оконному стеклу мелкой дробью бил дождь вперемежку с ледяными каплями. Выходить на улицу совсем не хотелось. Уж лучше тут, в тёплой и уютной бытовке, вольготно развалившись на придвинутых к столу стульях.

Поначалу играли просто так, на интерес. Попробовали поиграть в «дурака», потом в «очко», «буру», «покер». Менялись игры, однако ни одна из игр вовсе не цепляла, не заводила.

То есть, отсутствовал некий накал, особое напряжение, свойственное азартным играм. Едва начиналась новая партия, ставки тотчас взлетали до умопомрачительных высот – ну, а чего стесняться, один хрен отдавать проигранное вовсе не придётся. Никакого риска, потому и полное отсутствие азарта. Коль не было азарта, то не было и того самого интереса, ради которого мужчины и взяли в руки колоду.

«Я пас» – «Вскрываемся» – «Две пары» – «А у меня каре. Ваш триллион проигран».

Примерно в таком, несколько скучноватом темпе, раздача за раздачей, и протекало данное игрище. А впрочем, какое там, игрище?.. Настоящее «игрище» началось лишь тогда, когда Марченко предложил играть на реальные, а не виртуальные деньги. На ту самую наличность, которая имелась при себе у каждого из мужчин. Тут-то и появился тот самый азарт, а вместе с ним и дикий интерес к самому процессу игры.

Панов отыгрался довольно-таки скоро, быстро спустив свои три с половиной тысячи. Покинув игровой стол, Владимир улёгся на кровать, прихватив с собой пачку старых газет, найденных в самый первый день.

Читать новости двух–, а то и трёхмесячной давности, смысла, конечно же, не было. Зато такие рубрики, как «история», «юмор», «досуг» или «мнение аналитиков» – фактически, не имели временных ограничений.

Пока механик шуршал пожелтевшими страницами, за «карточным столом» развернулась ожесточённая борьба. Сергей с Петром, похоже, бились вовсе не за деньги. Нынче на кону стояло нечто иное.

Если хотите, то два альфа-самца решали вопрос своего доминирования, сражались за «стадо», за «свою территорию».

На тот момент, когда оставшийся без денег Панов покидал карточное ристалище, на руках у Кулешова и Марченко оставалось что-то около пятнадцати тысяч. Причём, данная сумма была распределена между двумя игроками примерно поровну. Однако уже после третьей или четвёртой раздачи, на Серегиной стороне стола уже скопилось порядка двенадцати тысяч.