Государь

Кругом измена и трусость, и обман!»

А еще мне вспомнился текст акта об отречения, который касался именно меня: «…Мы передаем наследие Наше Брату Нашему Великому Князю Михаилу Александровичу и благословляем Его на вступление на Престол Государства Российского. Заповедуем Брату Нашему править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут ими установлены, принеся в том ненарушимую присягу». Такое вот кино получается. Братец хочет меня кинуть в этот змеиный клубок.

И моя задача – привести мозги царя в порядок и убедить его, что он обязан нести свой крест до конца. Если так беспокоится о наследнике, пусть дочь делает наследницей. Я же когда-то читал, что Николай II хотел, чтобы трон наследовала дочь – княгиня Ольга. Вот пусть и пробивает это дело. Пусть по закону наследником должен быть мужчина, но были же императрицы женщины. Так что может эта комбинация пройти, через тот же Синод. Когда я общался с обер-прокурором, он производил впечатление вполне вменяемого человека, а не религиозного догматика. Если злодейский план англичан все-таки не удастся предотвратить и Распутин будет убит, а Николай II не сможет справиться со своей депрессией, то обер-прокурор Святейшего Синода вполне может пойти на некоторые нарушения традиции престолонаследования.

Вот как я не хотел занять место Николая II, что стал выискивать комбинации, чтобы избежать этого. Даже готов был подставить женщину, лишь бы самому не стать императором.

Я серьезно стал разрабатывать план, как мне уговорить Николая II, чтобы он занялся вопросом продвижения своей дочери княгини Ольги. Все мои маразматические идеи были остановлены весьма здравой мыслью: «Сейчас война, а значит, женщина на троне не проходная пешка. Может быть, в мирное время коронация дочери царя и возможна, но в разгар войны это исключено. Ни один генерал не будет подчиняться бабе. Положение на фронтах сейчас неустойчивое, и бардак в командовании приведет к катастрофе. А там здравствуй, народные бунты, а женщина на троне бунтующий народ только раззадорит. Так что этот вариант был ничем не лучше, чем то, что произошло в моей реальности. Оставалось действовать по намеченному ранее плану – уговаривать Николая II ни в коем случае не слагать с себя сана императора.

Чтобы войти в доверие к Николаю II в образе новой сущности Михаила Александровича, я по своей старой памяти решил с ним попьянствовать.