Шкаф с кошмарами

Официального названия у нашего пункта назначения нет, потому что его официально и не существует. Даже на карты не нанесен. Но сами себя они именуют «Оплот дней последних»…

– А, эти, что ли? Этих я помню. Я про них несколько сюжетов снимал, еще когда вы все пешком под стол ходили. Не в профессиональном плане, как сейчас, а натурально, пешком под стол.

– Будете перебивать, сможете додумать окончание истории самостоятельно.

– Дак а чего там додумывать? После развала Союза подмяли под себя половину Красноярска.

Как бишь они тогда назывались… не помню… но лютая была группировка! А уже году в девяносто четвертом – девяносто пятом, что ли, они в тайгу рванули, дескать, от соблазнов подальше. Лидер у них был этот… да как же, зараза? Авдей вроде, как у Чингиза Айтматова? Такой волосатик длинный. Как Виктор наш, только с харизмой.

Морозов обидно захихикал. Виктор ускорил шаг, всем видом показывая, что ему вовсе не тяжело, и не потно, и не особо-то интересно. Легкомысленно подпрыгивая, его ритм поймала Наташа.

Пыхтящий от натуги Морозов сразу же отстал на несколько метров. Некоторое время шли молча, среди белого шума, создаваемого лесом, – скрипов, шелеста, птичьей переклички. Сорвав сухую былинку, Наташа манерно покусывала ее передними зубками.

– Знаешь, Коваль, а ты крепче, чем можно подумать. Такие сумки тащишь, и даже дыхание не сбилось.

Они нырнули под своды широких колючих ветвей. Стало чуть прохладнее и пропали слепни. Если бы не внимательные Наташины глаза, которые заставляли Виктора чувствовать себя голым, стало б совсем хорошо.

Кровь не знала, куда приливать, к голове или к члену.

– А с чего такой интерес к этим сектантам? – поторопился перевести тему Виктор.

– Это Главный наш подсуетился. Ему Москва запрос кинула на сюжеты о сектах и культах. Они там на эту тему какую-то документалку снимают, чуть ли не для Национального географического, так что деньги есть. А эти, ну «Оплот дней последних», они действительно любопытные. Там же сплошь, как любит говорить наш главред, маргинальные элементы.

Не просто облапошенные люди, а настоящие урки, которые – внезапно, Коваль! – отринули свою старую жизнь и ушли за Авдеем Светозарным в сибирскую глушь. Загадочно, согласись?

– Вот прям загадочно? Не верю я в завязавших преступников. Как ушли, так и вернулись. Здесь все-таки не совсем задница мира. Мы же как-то добрались.

– Тут ты и не прав, Коваль! Как ушли, так там и живут. На них и дела уже давно позакрывали, за давностью лет.