Куафёр из Военного форштата. Одесса-1828

Когда ж всё закончилось, они еще долго лежали недвижно и крепко обнявшись, словно боясь самой возможности в одиночку выйти навстречу миру, что за стеной их дома… Потом Фина вскочила. Напевая арию из любимой «Золушки» и почти не красясь, уехала в храм – за отпущением грехов по седьмой заповеди…

Натан же… Вы уж извините, но в воскресенье с утра он в костел не пошел, решив, что с него, как с правоверного христианского еврея, будет достаточно и субботней вечерней службы. Так что еще повалялся в постели, бездумно, ибо ни на чем более минуты мысли его не останавливались.

Потом встал и оделся, попроще – без фрака, остерегаясь дружеских подначиваний Степана.

Однако на выходе из дома к Горлису заявился гость, правду сказать, неожиданный. Это был Люсьен де Шардоне, занимавший лучшую квартиру в его доме. Но зачем он мог прийти? Имея доходы прочные и стабильные, куафёр платил исправно, нередко – наперед. Неужели и он начнет говорить о снижении платы, как другие? Но нет, разговор получился даже более тревожным.

– Господин Горли! Рад вас видеть. И хочу обратиться с просьбой.

– Да, дорогой господин де Шардоне! Слушаю вас.

– Я слыхал, что у вас есть богатый опыт… способствования работе одесской полиции. Можете ли вы и мне помочь в одной истории?

– Ну… Видите ли… Да, бывает, что полиция обращается ко мне за помощью и я иду ей навстречу… в целях безопасности одесситов. Но такие, частные обращения – видимо, не ко мне.

На самом деле у Горлиса с Кочубеем бывали дела и по приватным делам. Однако говорить об этом посторонним не стоило.

– Я понимаю. Но мой запрос совершенно невинный. Притом не бесплатный. Вы, пожалуй, знаете историю о цыганке, пророчествовавшей мне беды?

– Да. Так совпало, что и я тогда был среди посетителей вашей «академии».

– Просьба проста. Не могли бы вы помочь мне найти ее?

Горлис задумался. Жизнь цыган Бессарабской области весьма далека от описанной в пушкинской поэме.

Они находятся на положении крепостных, почти рабов – короны, монастырей, бояр, помещиков. Вышедшая в этом году многообещавшая Бессарабская хартия, увы, ничего в их печальном положении не изменила. Согласно ей, кстати, розыск крепостной без разрешения ее хозяина – в принципе незаконен. А значит, чреват встречным иском. Не говоря уж о том, что неизвестно, кому принадлежит эта цыганка.