Творец

Ощущения от этого падения были настолько реалистичными, будто я вывалился из самолёта на кровать. Да – падение было иллюзорным, но его последствия – реальными.

Меня била мелкая дрожь, спина и ладошки покрылись холодной испариной. Стресс запустил выработку адреналина и кортизола и наверняка добавил мне седых волос. Какие то нейроны утратили связь, какие-то наоборот связались в тугие узлы. Всё было реально, и это ясно доказывала мокрая от пота спина. А главным доказательством реалистичности было огромное влажное пятно на пижамных штанах.

Надеюсь, вам не нужно объяснять природу его происхождения. Я получил реальные эмоции, причём такие, о которых позабыл ещё с молодых лет. Здесь было всё: и восторг и вожделение и дикий страх и чувство полёта. Было ещё что-то неуловимое, походящее на чувство вины. Мне как будто бы было жалко тех людей, которых я загубил, обрушив лайнер…

***

– Если я правильно понимаю, главный эффект этих снов состоит в том, что впечатления после них очень долго не отпускают.

– Не так узко, доктор. Это один из множества эффектов. К примеру, назову вам ещё один. Эти сны запоминались мне в мелочах. Я никогда не хвастался мощной памятью, а в последнее время, с отсутствием умственных нагрузок, она меня вообще стала сильно подводить. Здесь же, я запоминал всё настолько детально, что порой сам себе удивлялся, когда рассказывал всё доктору.

– Вы рассказывали доктору содержание своих снов?

– Да, и это была одна из составляющих частей практики.

Каждый из нас должен был в подробностях изложить своё сновидение.

– Как это было? Вы что, садились в кружок, как в кабинете у психолога и слушали друг друга по очереди?

– Нет, всё было не так. Мы вообще друг друга не видели. До некоторых пор я даже не знал, кто находится со мной по соседству в кабинках справа и слева. Наше с доктором общение проходило в индивидуальном режиме, посредством гарнитуры.

– Итак, вы продолжили практику.

– Я продолжил погружения…

– Сколько было погружений?

– До хрена доктор! Я их не считал!

– А по времени? Сколько времени длилось каждое сновидение.

Вы следили за временем?

Он ухмыляется, словно слышит полную чушь.

– Нет конечно. На самом деле, там время тянется гораздо дольше. Один день здесь, равен целой прожитой жизни там. Одно могу сказать точно. Каждый последующий сон был длиннее предыдущего. Время, проводимое там, увеличивалось по мере того, как я овладевал техникой.