Избранники

Все теперь смотрели на Еву: Айра, Стефан, Антон, Клэр, Давид… И нельзя было плакать, а нужно было хоть что-то им сказать. И она выдавила из себя:

– Мы что-нибудь придумаем… Обязательно придумаем.

Глава 3. Мэр

Которую ночь ему не спалось. Трех-четырех часов вполне бы хватило, но не было их, проклятых, не было уже вторую неделю. И неизвестно, сколько ещё не будет. Накатило, и как не вовремя… А когда, когда было вовремя, спрашивается? Ну, отвечай – хоть какое-то занятие. Двадцать четвертый век на носу, а для меня всё никак снотворного не придумают.

И что у тебя за организм такой, а, Бориславчик? Впрочем, никакой ты не Борислав, а МЭР. Ты умный, честный и великодушный. И очень одинокий.

Э-х, Марта умела его убаюкивать… Сексуальный марафон, а потом слова благодарности ему на ушко; и под это воркование удовлетворенной женщины он и проваливался в освежающее, подчас радужное небытие. В том смысле, что не было на эти несколько часов никакого мэра Лондона, и не было даже усталого спящего мужчины, а были лишь переливы сознания, называемые снами и не имеющими никакого отношения к реальной жизни.

Марта исчезла чуть более недели назад, и, конечно, на смену ей тут же явилась бессонница. Интересно, а кем она всё-таки стала? Ну-ка… В ней сочетались властность и распущенность. Может, она теперь оседлала свою половинку, поигрывая плетью, но оставаясь женщиной? Или мужские черты всё-таки возобладали, и она соединилась с очаровательной пухляшкой, ничего не имеющей против синяков как необходимой перчинки в отношениях, но только не от эгоистичных самцов? Конечно, до него доходили слухи об однополых парах, и он сам допускал в виде некоего исключения такую возможность, сбой в программе, но… Вряд ли с Мартой прошёл бы такой номер – мужиков она любила.

Скорее уж она перевоплотилась в умопомрачительную сиделку у постели паралитика, из органов которого действует только полуметровый член, могущий стоять часами… Полная безнаказанность в удовлетворении любых фантазий для непривыкшей ни в чем себе отказывать Марты.

Он покачал головой. Занесло же тебя, брат… Неужто ревность взыграла таким вот завуалированным образом? Ну, хватит. Пусть люди становятся кем угодно и считают себя избранными, пусть обретают смысл существования и наслаждаются покоем. В этом нет ничего плохого… для настоящих избранников. Которым потом будет даровано нечто большее, чем покой.