Особое задание

Ну ладно… Он больной… А мы, скажите мне на милость, здесь при чем? К слову говоря, вот мне лично оказалось совершенно по барабану, храпит Палыч тихо, громко или еще как. Послушав его несколько минут и повосхищавшись выдаваемыми децибелами, я спокойно уснул, накрыв голову одеялом. Чего не скажешь о моих бедных сожителях. Всю ночь они развлекались включением света, бросанием в Палыча подушек и валенок и к утру дошли до состояния полной истерии. Измучив вдрызг и самого Палыча. Не спала и соседняя с нами комната.

Один из её жильцов, в прошлом сиделец, Лешка Тарабаркин, несколько раз за ночь врывался в нашу комнату с намерением немедленно придушить источник невиданного храпа. И только героическими усилиями всего коллектива общежития, его удавалось остановить. Я всего этого не слышал. И прекрасно выспался. Однако сделав окончательный вывод, что две проблемы – питание и проживание, следует решать, не откладывая в долгий ящик. От своей невесты, за столь короткий срок, я получил два длинных, обстоятельных письма. Видимо, она оказалась в курсе моих хождений к Светлане и, мудро, пыталась эту ситуацию урегулировать. Поразмыслив, я решил сделать ей предложение перебраться, ещё до свадьбы, ко мне сюда, на Север. Предполагая тем самым разрубить все проблемы одним махом. Так сказать, поставить жирную точку. И начал искать варианты разрешения жилищной проблемы. На моё счастье, второй электрик с моей работы, сообщил, что его знакомый, заработавший уже и на машину, и на квартиру, собирается перебираться с семьей на Большую Землю и продает, по этому случаю, свой благоустроенный балок. Состоялся осмотр жилища и торг насчет окончательной цены. Которая вырисовалась весьма не слабой. Десять тысяч рублей за жилище на полозьях из труб, хотя и подключенное ко всем инженерным коммуникациям. А где их взять? Если приехал я без гроша в кармане, и оклад, положенный мне на работе, составлял двести пятьдесят рубликов… А всяких там северных, и ещё каких-то, надбавок и добавок, мне, понятное дело, не полагалось…Нужно было входить в займы. А тут дело упиралось в мою малоизвестность, для потенциальных кредиторов, по вполне понятной причине. Дело вырисовывалось безнадежным. Своими горестными размышлениями я поделился на работе с болгарином Колей Петровым.

– Та-а… И что? Ты над этим голову ломаешь? Я дам тебе денег…

– Как? Просто так, возьмешь и дашь?

– А что ещё? Ты же не бежать собираешься? Если что, то у тебя балок будет. Продашь – отдашь.