Революция. Next

 – Ну-ка, красавица, подними руку.

Он снова сравнил эхо от импланта со стандартным волновым пакетом, отвечающим усилию плечевых мышц. Общего между ними ничего не было.

– Может, она радио ловит? – хмыкнул Шуруп.

– Черт его разберет… Я не могу выделить мой звуковой приказ из электронного шума, и внятная команда на импланты тоже не предшествует действиям ее тела. Такое впечатление, что импланты работают локально – то есть просто фонят, а она слушается меня непосредственно. Кстати, насчет радио…

Он вывел на монитор развертки сразу нескольких, самых мощных станций, и после автоматического сравнения оказалось, что электромагнитные шумы от имплантов почти идеально раскладываются на радиосигналы.

В остатке был незначительный шум, и почти наверняка он представлял собой смесь прочих сигналов, которыми под завязку забит эфир.

– Шуруп, ты гений! – сказал Сантана. – Твоя новая подруга – ходячий радиоприемник. Представляю, как ей было бы худо, если бы импланты реально передавали в мозги всю эту муть.

– Значит, ею никто не управляет?

– Сейчас – нет. Но в будущем… Исключить это нельзя, малыш. – Сантана отложил сканер и склонился над девушкой. – Знаешь, а ты совершил не такую уж глупость, когда посадил ее на байк.

– …Все очень просто. Мы можем преспокойно срубить на этом сотню-другую евро… Для этого и надо-то связаться с «Лунаром» и заявить, что Ия, или как там ее зовут по-настоящему, находится у нас, мы ее нашли и хотим честно вернуть… По закону корпорация обязана платить деньги.

Это их собственность. – Сантана указал пальцем на Ию, сидящую на стуле.

– Но она не объявлена в розыск, данных в Сети нет. Сам говорил, – сказал Шуруп.

– Не имеет значения. Нет сейчас – появятся завтра. Вероятно, не успели подать заявку. Точнее, выходит, ее хозяйка не очень торопится воссоединиться со своей дражайшей прислугой. Так? – Сантана уставился на девушку. Та повела плечами и опустила взгляд. – В любом случае, факт есть факт – у нас на руках сбежавший клон.

Шуруп покачал головой.

– Да ты пойми. Пока датчик в ее логотипе не ожил, нам надо от нее избавиться. Мне не нужны неприятности – я отвечаю за все, что здесь происходит. В частности, и за тебя, – продолжал Сантана. – Если сюда прикатят «пинболы» с шумом и гамом, денег нам не видать как своих ушей. Они все возьмут себе, а нам… сейчас за нами ничего нет, но кто знает, не захочется ли им осложнить нам существование… Да и потом: я не представляю себе ее в нашей группе.