Стеклянная пыль

Я стал думать, как выполнить ее просьбу. Наконец меня осенило, и я отправился к пещере шамана. Там лежал старый каменный Блюмс, плоский круглый булыжник, переносной символ бога Солнца. Если им стукнуть по яйцу, оно наверняка расколется, и мы славно закусим. Я подтащил Блюмс к месту пиршества, где меня поджидала девушка, и бросил его в цель. К несчастью, я слегка промахнулся: Блюмс скользнул по яйцу, угодил плашмя по мелкому камешку и треснул прямо посередине.

Это было очень печально. Отыскать еду среди черепков и костей – задача не из легких, но в итоге у нас оказались плохо прожаренная и обкусанная нога волчка и чудом уцелевший сосуд с напитком, правда, прокисшим.

Мы с Гешей все это проглотили, и нам стало намного легче. Я подбросил в угли хвороста и подул на них, возрождая огонь. В траве стрекотали ночные насекомые, а летающие старательно атаковали язычки пламени.

– Геша, ты кто? – спросил я.

– Мы с тобой одного племени, если угодно, – серьезно ответила девушка. – Хранитель ждет от тебя известий, Берни, и отправил меня выяснить, что с тобой случилось.

Мне это не понравилось. Я не знал никаких других племен в округе, и никаких сведений о них не дошло до нас из глубины веков. Как сказал Носач, всегда было так, как сейчас, и только Тан внес некоторые новшества. С другой стороны, откуда-то же мы возникли? Против этого нечего было возразить, и выходило так, что Геша права.

– Куда ты планировал отправиться? – поинтересовалось она.

– Через лес, на восток, – сказал я. – Почему же послали именно тебя, одну?

– Потому, что я сама так захотела, – отрезала Геша.

– Что ж, – молвил я, – вдвоем веселей идти.

– А втроем вообще замечательно! – заявила Пава, возникая в свете костра.

Я оторопел от неожиданности, Геша тоже смутилась и неловко предложила Паве остатки нашей трапезы, то есть сочную косточку. Но моя подруга сбегала домой и принесла тушку какой-то рыбы с острыми плавниками и полный кувшин отменного вина. Дружба девушек крепла с каждым глотком.

Вокруг началось какое-то движение.

Становилось холодно, и отчаянные танцоры пробуждались и расползались по домам. Мы тоже поднялись, проводили Паву до отчей пещеры и тепло пожелали друг другу спокойной ночи.

– Отправление завтра утром, – сообщил я невесте. – Сбор у меня дома.

– Ага, любимый, – отвечала она, пронзая меня горящим взором. – Все равно без тебя мне здесь жизни не будет.

– Приходи, сестра! – доброжелательно вставила Геша.

Все-таки они были изрядно навеселе.