Из серии «Зеркала». Книга 3. И посадил он дерево, или Век Астреи

7

– Людей скопилось слишком много. Самое время – повоевать. Мне нужно такое тело, за которым последуют люди.

Еще один любитель решить пару-тройку миллионов чужих судеб…

8

– Я помню всех своих клиентов, – уверенно ответил Го.

– Хорошо, – с облегчением вздохнул старик. – В остальных конторах я уже проверял. Уверен, он не поедет в другой купол. Я умираю, и он тоже. Но он старее меня на полгода и слабее, хотя неизвестно, кто из нас кого переживет. Я хотел бы станцевать на его могиле.

Старик откашлялся, и Го автоматически налил ему стакан воды.

– Спасибо. Дело в том, что…

9

Сон был необходим, но страшен. Вернее, страшен был не сам сон, а непредсказуемость его исхода. Каким будет пробуждение? Хорошим или «не с той ноги»? «Но, в конце концов, – утешал себя Го, – любой день налаживается концентрацией воли».

10

– Те, кто видят будущее, – провидцы. Но что делать тем, кто обладает ясным сознанием настоящего и прошлого?

– Ты никого не сможешь спасти.

У тебя слишком живое воображение, Сэм, – поправил своего молодого компаньона Го.

– А ты боишься черт знает чего. Запиши себя на чип – и дело с концом.

– Ты не понимаешь? Завтра это буду уже не сегодняшний я. Новые впечатления, новый опыт, развитие. И в то же время я могу забыть…

– Мне кажется, ты слишком драматизируешь ситуацию. Все забывают. Это нормально.

– Только не я.

– Теперь ты, как все, – возразил Сэм. – Прощай абсолютная память. Ну и что?

– Ты не понимаешь.

– Понимаю.

Тебе страшно. Твоя память – часть тебя, и когда она уходит… Мы все меняемся, Го. Тебе придется решить, что для тебя важнее: прошлое или новый опыт. Ты, завтрашний, кстати, еще не существуешь. Ты когда-нибудь думал об этом в подобном ключе?

– Это не одно и тоже, – зациклился на своей боли Го. – Ко мне не приходит ничего нового. Воспоминания уходят – и остается одна пустота. Меньше пустоты… Я даже не всегда помню, что что-то было.

– Тогда тем более, – недоуменно пожал плечами Сэм.

 – Чем ты рискуешь?

11

– Тогда я задался вопросом: если он все видел и был честный малый, почему не сказал? И почему сказал мне потом? Я спросил себя: о ком бы я не сказал сам? Вы уверены, что хозяин тела не вспомнит произошедшего? Я не хочу, чтобы у него были неприятности. Все, что ему надо, это задавить этого ублюдка каром, когда тот пойдет обедать.

– Не волнуйтесь, все, что знают наши тела – ничего, – впервые за день Го позволил себе пошутить.