Будем как боги

Везучим свиньям надо было сделать полное обследование – рентген, КТ, МРТ, электрокардиограмму, эхограмму, энцефалограмму… Плюс, взять десяток пункций (а бессовестные свиньи очень не любили, когда в них тыкают большой иголкой; к тому же, за неделю они научились эту иголку хорошо отличать от других предметов, и шкерились от нее, как могли).

В этой суете пробежали часы работы, и, наконец, все было закончено. Борис почувствовал себя уставшим, но это было поправимо. Еще пару пилюль – и привычная волна свежести пополам с эйфорией ожидаемо смела с мозга все следы усталости.

Аккуратно свернув все оборудование, Борис обесточил то, что нужно обесточить, закрыл то, что следовало закрыть, оставил произведенные дозы Янус-ДНК в специальном контейнере для Гарри, и покинул лабораторию почти вприпрыжку.

По дороге он заскочил в аптечный супермаркет, где купил бутылку кентуккийского виски с фазаном, содовой и полуфабрикатов. Ему захотелось отпраздновать покупку дома.

Впервые в жизни Борис пожалел о том, что у него нет друзей.

Он никогда в них особо не нуждался, но теперь был бы не прочь пригласить кого-то разделить с ним радость.

Его дом находился в Стаффорде, на полдороги из Вашингтона в Ричмонд, в престижном районе Говермент-Айленд, рядом с одноименным парком. Впрочем, «в районе» – не совсем точно. Дом стоял на довольно большом участке на отшибе. Частично его скрывали от дороги платаны и вязы, и Борис даже пропустил поворот к въезду на свой участок.

Пришлось развернуться и с полмили ехать в обратном направлении со скоростью беременной черепахи. Наконец, Борис повернул и въехал на территорию своей усадьбы. При виде ее готических шпилей и машикулей, Борису стало радостно на душе. Это был его дом. Собственный.

Он даже подумал, не завести ли себе самочку – не как обычно, а более – менее на постоянной основе. В принципе, можно будет, особенно если учесть открывавшуюся возможность экспресс-подработки. Кстати…

Оказавшись в доме, Борис, чертыхнувшись, выпустил строителей, закрытых в подвале.

Пришлось заплатить им еще и сверхурочные; к счастью, бригада была из мексов, а им и по сто баксов на рыло были за счастье. Затем он, почувствовав голод, бросил в микроволновку полуфабрикаты (что-то из тексмекс, вроде буррито или энчилады), открыл виски и залпом выпил.

– Сейчас, пожую и пойду смотреть, что эти цветные намонтировали, – сказал он, наливая себе второй стакан.