Имитатор. Книга первая. Увертюра

Там труп могут и трое вытаскивать, да хоть четверо. А тут… Как гласит великий мультик, это только гриппом все вместе болеют, а с ума каждый по отдельности сходит.

– Может, один псих, а другой ему помогает…

– Почему?

– Из страха, из любви, из-за денег… Мало ли…

* * *

Где-то на столе тренькнул Аринин мобильный. Она принялась раскапывать бумажные завалы, задела карандашный стакан, тот покачнулся, опрокинулся, покатился к краю стола.

Киреев ловко подхватил беглеца, водрузил на место, а второй рукой одновременно выудил из-под бумаг телефон:

– Держи.

Эсэмэска была от Виталика. Коротенькая, три вопросительных знака – и все. Ах ты ж, черт! Вечер уже!

Раньше муж регулярно забирал ее с работы, но в последнее время это случалось все реже и реже. Сама виновата, нечего до ночи тут торчать! Надо было хотя бы позвонить! А сейчас – немедленно, немедленно!

– Солнышко, – жалобно затараторила Арина, когда в теплом пластмассовом тельце прозвучало такое родное, чуть хрипловатое «алло».

– А ты как думала? – буркнул он несколько недовольно, но тут же смягчился. – Хочешь, чтобы я приехал за тобой?

– Да ладно, доберусь, не маленькая, чего тебе дергаться. Отдыхай.

– Собирай тут все и пошли, – скомандовал Киреев, когда она, вздохнув, сунула телефон в карман и растерянно оглядела заваленный бумагами стол.

– Куда?

– Куда-куда, на кудыкину гору! Бумаги в сейф сунь, прямо кучей, я видел, у тебя снизу пусто, завтра разберешь.

– Кир, ну что ты! – Арина смутилась, хотя забота была приятна. – Сама доберусь, не инвалид.

– А я, может, еще не все вопросы прояснил. Вот по дороге и поговорим.

Когда они уже устроились в машине, Кир, мягко тронув с места, спросил как ни в чем не бывало, словно и не было этой вынужденной паузы в разговоре:

– Про аккуратность и организованность – абсолютно согласен. Про отсутствие напарника – пока не понял.

– Да в основном на базе статистических данных. Но меня, если честно, статистические предположения никогда серьезно не впечатляли. Про тех серийников, у которых в подкорке сексуальные мотивы сидят, там еще что-то с чем-то стыкуется. Ну то есть, когда мотивы убийств эмоциональные, точнее, чувственные. Когда злодей от убийства ловит кайф. Причем кайф этот сродни сексуальному.