Шапка live, или Через тернии в звезды

– Простите меня, Лев Львович! Простите, все остальные! Прости меня, Володенька! Бес попутал! Позавидовала работе этой… Простите, друзья мои!

Давно зная «искренность» Людмилы, соратники по съемкам только скептически скривили губы, а звукорежиссер Семен слабо поаплодировал, показывая, что не верит ни одному слову.

Зато местное население смотрело на Люду с восторгом провинциалов, принимающих в гостях знаменитую актрису. Больше всех был впечатлен антигламурный Михаил Комов.

Как же в это мгновение Красная Шапочка, наблюдая «за театральным этюдом» Людмилы, пожалела, что в школе уделяла мало внимания военной подготовке и не умела обращаться ни с ружьем, ни с автоматом Калашникова… А лучше бы с пулеметом «Максим».

Возможно, этот чудо-аппарат был в распоряжении Внутренней Богини и почти наверняка имелся в необозримых загашниках Разумея Занудовича. Но Девочка-девочка являлась убежденной пацифисткой, а Разумей и Богиня посчитали желание хозяйки расстрелять бывшую соперницу эффектной пулеметной очередью дурью.

А жаль. Красная Шапочка шмальнула бы раза три, для верности. Виртуально, конечно же.

– Перестань ревновать, – у уха Красной Шапочки тепло зашептал голос Волка.

– Я не ревную, – уверенно соврала девушка.

– Я забираю Людмилу к себе, – неожиданно прозвучал рык Медведя Михаила.

Вертящий в руках сигару, которую он никогда не прикуривал, Лев Львович от неожиданности уронил ее на колени.

– А чего так? Я бы не рискнул: девушка у нас слегка заморочена на деньгах и желании стать знаменитой.

Медведи не умеют краснеть, поэтому Комов только рыкнул, хмыкнул, кашлянул и выдал:

– Она полы хорошо моет. А денег у меня хватит и на нее, и на себя, и на детей, если они будут.

Выдра на эти слова потупила круглые глазоньки, скосив их к плоскому носу, и фыркнула.

Зато нужно было видеть, как изменилось лицо Людмилы. Да, она девушка популярная и эффектная, и несколько человек из киногруппы знали, насколько виртуозна она в постели… Но к тридцати пяти годам Людмилу никто не приглашал замуж, к тому же Михаил – богатый человек.

И неожиданно для себя Людмила в два движения ладоней стерла ярко-алую помаду и одернула короткий подол платья.

– Я согласна.

– Вот и отлично, – решил режиссер и встал. – Ребята, пора заниматься упаковкой аппаратуры и костюмов. Оленька, ты пока свободна, иди отлеживайся.