Запретная дверь

– Тебе сейчас не нужно беспокоиться о том, что происходит за этими стенами. Все неприятности позади. Главное – к тебе вернулось сознание.

– Ч-что... слу-чилось?

– Тебя сбила машина.

– Ангел...

– Да, «Ангел». «Газель» похоронного бюро. Ты выскочил на проезжую часть на красный свет. – Миша сурово посмотрел на него. – Ты серьезно пострадал, Андрей.

– Скажи... – прошептал он.

– Перелом левого предплечья, ключицы, нескольких ребер... И тяжелая черепно-мозговая травма в лобно-теменной области правого полушария.

Андрей почувствовал, что стало трудно дышать.

– Линейный перелом черепа, эпидуральная гематома. Была операция, работал сам Столяров. Твою голову восстановили, Андрей, но...

– Е-если... была не-не... – Произнести «нейрохирургическая операция» вряд ли бы удалось, слишком длинный словесный ряд.

Миша взял его за руку, показывая, что понял.

– С момента операции прошло восемь месяцев.

Жизнь остановилась. Крупицы сил, которые он собрал в себе за сутки, рассеялись.

– После удара ты впал в глубокую кому, – продолжал Перельман. – Пять баллов по шкале Глазго. Твоя травма была очень серьезной, а кома длилась восемь месяцев, Андрей. Поэтому мы безумно счастливы, что ты очнулся. Мы ждали этого всей командой.

– Бракман... десять...

– Да, по Бракману после длительной комы только десять процентов достигают выздоровления или умеренной инвалидности. Но тебе я делаю великолепный прогноз. Ты миновал вегетативную стадию, сознание спутанно, но работает.

– П-поездка в... в... – Он не понимал, почему не может произнести название города.

– Не напрягайся. Я же говорил, что у тебя повреждены лобные доли.

– Кон-ференция, – прошептал Андрей.

– Кривокрасов сожалел о том, что с тобой случилось. Но конференцию никто не отменял, и от кафедры поехали он и Ковальчук.

В груди прокатилась горячая волна возмущения. Ковальчук собирался ехать на конференцию еще до того, как голова его коллеги вошла в контакт с бампером «газели».

– Чт-то... на конф-ф...ференции.

– Ты хочешь знать?

– Да! Да! – разозлился Андрей.

Перельман уставился в пол.

– Кривокрасов прочел доклад о диагностике по сновидениям. Его речь попала во французские и британские журналы, кафедра была на устах какое-то время...