Фарфоровый чайник в небе

 – Удачи вам в поисках, и смотрите ещё что-нибудь не потеряйте!

– Что же я ещё могу потерять? У меня больше ничего и нет.

– Голову, например, – снова улыбнулась она.

– С вами это сделать будет очень непросто, – теперь уже начал было кокетничать я. Но тут же поймал себя на мысли, что с моей стороны – это верх наглости: мало того, что я человек без документов, так здесь в Ульяновске – ещё и без определенного места жительства, то есть практически бомж. – Поеду идентифицироваться.

Шаттл стоял у отеля, и минут через десять я был уже в пути.

Эля мне очень понравилась и мне показалось, что это было взаимно. Всю дорогу я никак не мог вспомнить, где раньше слышал эту фамилию – Улябина?

Автобус сделал одну остановку на набережной Ульяновска, и вскоре я уже был на вокзале. Второй раз за день.

В бюро находок, куда я сначала обратился, ничем мне помочь не смогли – ни одну из моих пропаж сюда не приносили. В местном отделении полиции – то же самое. В течение дня уверенность в том, что меня обокрали именно блатные попутчики в поезде, у меня как-то рассосалась, и поэтому заявление о краже я писать не стал.

– А в случае потери документов, – терпеливо разъяснил мне дежурный, – заявление об их пропаже нужно писать по месту прописки, то есть в Нижнем Новгороде, где их и будут восстанавливать.

Здесь всё равно ничего не добьёшься, подумал я и решил вернуться в «Древо Хитрово».

Тут я вовремя вспомнил, что в отеле очень кусаются цены на еду, и все там расплачиваются халявными спонсорскими картами, каковой у меня нет.

Так как мой бюджет был довольно скромен, а застрять в Ульяновске мне предстояло ещё на несколько дней, я решил перекусить в кафе у вокзала. Благо здесь было намного дешевле, и до конца дня оставались ещё несколько бесплатных шаттлов до отеля.

Заказав плотный обед, я попытался сосредоточиться и понять: откуда же мне знакома фамилия дежурного администратора отеля Эльвиры? И уже когда допивал чай, то?ркнуло: «Маша Улябина из Ульяновска», – так, кажется, говорила, направляя меня в командировку, директриса Чулкова о какой-то своей однокурснице с журфака МГУ.

«Может, родственница? – подумал я. – Нужно будет узнать».

Выйдя из кафе, я увидел, что на том месте, где утром пел Пашка План, какие-то новые парни играют полублатной шансон. Я поинтересовался у них: где утренний певец?

– Если не напился к этому времени, то перебрался на набережную. Там туристы с теплоходов выгуливаются – бабла можно больше срубить.