Штурмовой отряд. Битва за Берлин

В краткий миг перед внутренним взором вдруг пронеслись сюжеты множества «попаданческих» фантастических романов, читанных им за последние годы, герои которых тем или иным способом изменяли прошлое в более благоприятную для Родины сторону.

И вместо очередной порции непроизнесенной вслух самокритики подполковник неожиданно пораженно пробормотал себе под нос:

– Твою мать, так это что же получается?! Теперь мы действительно сможем что-то изменить и переиграть, послав к хренам собачьим нынешнюю геополитику вместе с теми, кто ее вот уже которое десятилетие творит при помощи гуманитарных бомбардировок и «цветных» революций? А ведь и на самом деле, ведь сможем! Но… – Виктор Иванович на несколько секунд задумался, глядя в темное ночное окно, по-летнему времени наполовину приоткрытое:

– Но отчего же тогда сорок пятый год?! Что можно изменить за несколько дней до Победы? Или старый хитрец Локтев, как уже не раз бывало в прошлом, довел до меня лишь «минимально необходимый» объем информации? И все равно странно… может, позвонить Степанычу, спросить? Нет, глупости, поздно, да и не станет он о подобном по телефону говорить.

Ладно, утром подумаем, как поступить…

* * *

Официантка летней кафешки Леночка была откровенно разочарована: трое посетителей оказались абсолютно бесперспективными клиентами. Заказали по пиву под легкую закусь, и вот уже полчаса просто разговаривают, не опустошив бокалы даже наполовину! А ведь, когда они только уселись за столик, решила, что повезло: все трое подтянутые, спортивного вида, да и одеты не бедно.

Возраст тоже подходящий, одному немного за сорок, другим – около того, для мужика – самое оно. Такие, как правило, и заказывают много, и сидят долго, с водочкой и горячим, и на чаевые не скупятся. Правда, порой пристают, если перепьют, ну так на это охрана и тревожная кнопка имеется. И вдруг такой облом… Пыталась было послушать, о чем говорят, но все трое мгновенно замолкали, стоило девушке подойти к столику ближе чем на пять метров. В конце концов официантка смирилась, со вздохом усевшись возле барной стойки – других посетителей в кафе не было – день будний, утро, народ на работе. Бармен понимающе ухмыльнулся, шутливо развел руками: мол, не судьба, и потопал в сторону кухни…

– Это ж сколько мы не виделись, а, мужики? – Трешников поднял бокал.

Товарищи звякнули толстостенными пивными посудинами в ответ:

– Долго, командир, лет семь, – улыбнулся майор Михаил Барсуков.