Лягушка плаща и кинжала

Он смог спокойно проплыть рядом с рыбкой, которая раньше улепетывала при его приближении. Небольшой карасик стал его обедом. Пришло время отдышаться. Славик поплыл к своей норке и с разгона застрял прямо у входа.

Хорошо, что задние ноги остались снаружи. Уперся ими и с трудом выбрался. Не до страха, когда другого выхода нет. Он поплыл к полынье. Сеть там снова поставили. Скользнув головой по холодному льду, лягушка выглянула наружу, вдохнула и поспешила к ближайшей норке.

Быстро расширить проход не удалось.

Там ведь не только грязь, но и крепкие корни камыша. Славик снова и снова плавал то к полынье, то к норке. Холод пронизывал, сковывал движения, а больше вдохнуть негде.

То, что раньше было небольшим залом, превратилось в тесную комнату, но там можно дышать. Славик отдохнул, расширил зал и задумался: «Меня снова заставляют стать сильнее. Холод очень неприятный, но как раз поэтому нужно развивать устойчивость к нему».

Он начал рыть новую норку чуть ниже полыньи – там, куда с помощью течения очень легко попасть.

Теперь он еще чаще дышал холодным воздухом. И набивать живот рыбой не забывал.

К началу таяния снегов уровень лягушки поднялся до четырнадцатого, устойчивость к холоду – до шестого. Теперь она могла делать несколько вдохов морозного воздуха подряд и дольше выглядывать из воды. О том, чтобы целиком выпрыгнуть на лед, и мысли не возникало.

Скоростные навыки поднялись на два-три уровня. Ученик землекопа стал просто землекопом первого уровня. А вот ученик ремесленника не изменился – уж очень мало времени на него оставалось.

В очередной раз выглянув из полыньи, Славик заметил, что уровень воды поднялся. «Верно, берега засыпаны толстым слоем снега. Когда он растает, и сверху будет вода, и снизу, а посредине – лед. Нужно срочно сделать побольше зал с запасом воздуха.

Так и случилось. Пришла большая оттепель. Массы снега растаяли всего за неделю. Потоки мутной ледяной воды ринулись в ручьи и реки. Впервые с трудом найдя вход в свою норку, Славик решил, что стоит потерпеть.

Хотя бы немного, пока полоса сытости не уменьшится до одной пятой.

Чтобы скоротать время, он лепил из грязи чашечки. На ощупь в темноте, но с утра до вечера. Хотя сейчас он понятия не имел, сколько времени снаружи. Он просто работал и повторял, как Эрнест Викторович: «Количество обязательно перейдет в качество».

Как раз качество изделий его не волновало. Все сделанное тут же сминалось и становилось материалом для следующей попытки.