Лягушка плаща и кинжала

Через два дня сытость уменьшилась на треть. Снаружи все чаще слышался треск льда.

Есть хотелось так сильно, что Славик начал лепить рыбок и жуков.

Через неделю сытость упала еще на треть. Удары льдин друг о друга сюда прекрасно доносились. Несмотря на это, Славик не выдержал и выгляну из норки. Вода все еще очень мутная.

Он вернулся в зал и начал копать. Иногда ему попадались жук, многоножка или еще какая живность. Они сразу отправлялись по назначению. Впрочем, на сытость это влияло мало.

Уровень воды у входа в зал поднялся.

С потолка начало капать. Это беспокоило куда больше, чем отсутствие еды. Славик убеждал себя: «Остановить воду я не могу, зато могу найти немного еды. Этим и займусь».

Однажды он проснулся и почувствовал, что что-то не так. Воздуха еще хватает, потолок на месте, но что-то определенно не так. Тут вдали раздался глухой удар. «Точно. Льдины перестали биться друг о друга. Почти перестали, но и этого хватит, чтобы безопасно всплыть наверх».

Глава 3.

Юная дрессировщица

Ни мгновения не сомневаясь, Славик навсегда попрощался с этой норкой и поспешил наружу. Вода все еще мутная и очень холодная. Он быстро всплыл и глотнул холодного, но такого чистого воздуха.

Луна освещала водные просторы. Лишь кое-где торчали ветки деревьев и кустарников. Мимо проплывала льдина, но забираться на нее совсем не хотелось. «Вот и пригодилась устойчивость к холоду. Какой я молодец», – похвалил Славик сам себя.

Пришло время выбирать, что делать дальше.

Славик осмотрелся, заметил впереди по течению дерево и поплыл к нему, размышляя: «Там я или еду найду, или хотя бы сушу увижу. Как есть хочется. Рыбу в такой воде никак не поймать. Лучше бы там на ветке спал маленький воробышек. Или два».

На дереве оказались не воробышки, а десяток вороньих гнезд. Славик тихонько поднялся к ближайшей ветке, увидел вдали холм над водой, прыгнул и поплыл к нему. На холме от наводнения спасались разные животные. В том числе – много мышей.

Они быстро избавили Славика от голода. Днем он прятался в воде между ветками сирени и плел себе из прошлогодней травы новые доспехи. Ночью, несмотря на заморозки, охотился на мышей.

Вода понемногу отступала. Все бы хорошо, но цапли вернулись из теплых краев.

Вскоре река вернулась в свое русло. Животные разбрелись по равнине. Славик продолжил свой путь вниз по течению. Сейчас он предпочитал вылезать наружу только ночью, когда цапли спят.