Аквариум

Остался справа позади высокий, когда-то зеленый, расчерченный каскадом каменных лестниц, склон, на вершине которого гордо воздел руки в небо памятник Склифосовскому, и раскинулась площадь Доблести. Мелькнул храм Георгия Победоносца, вроде такой же, как раньше, но почему-то без крестов на куполах. Да и сами купола больше не сверкали золотом, а были опутаны черными то ли проводами, то ли лианами… Выглядело страшно и неприятно. Я вопросов Веры старался никогда не касаться, но тут аж зубы свело. "Вот, суки! Доберусь до вас!" – сам не зная кому, пообещал я, стараясь больше не смотреть наверх.

"Все обгадили!"

Пробежали т-образный перекресток с улицей Мандельштама, крутым подъемом уходившей наверх вглубь Города. Я молча указал рукой вдоль нее, – может туда? Но Леший покачал головой:

– Дальше бежим. Там у Роснефти коробка есть. Хорошая, крепкая. Туда попробуем…

Коробка – это хорошо. Скоро свет отрубят, по-любому прятаться. Только, что с Дятлом делать?

Слева все также тянулась набережная, справа –к проспекту вплотную подступили жилые дома.

Здание Роснефти маячило в полукилометре впереди. Присутствие Дятла, видимо, служило для нас своеобразной защитой от остальных тварей. Среди зарослей иногда мелькали какие-то тени, в окнах домов наблюдалось подозрительное движение, мы стреляли на ходу, однако никто на нас не бросался, зверье явно боялось нашего преследователя…

– Прибавляем, а то стемнеет сейчас, – скомандовал Леший. Мы прибавили. Оторвались от Дятла метров на сто, однако Вова совсем спекся.

Его шатало от усталости, дышал часто, хрипло, ноги заплетались. Я забрал у него автомат и чуть отстал, чтобы оказаться у него за спиной и, если что – подстраховать. До вожделенной коробки осталось совсем немного, когда что-то привлекло мое внимание впереди на асфальте. Видимо, тоже вымотался не сразу сообразил, а когда все-таки сообразил, было уже поздно:

– Вова, стой! – заорал я, с замиранием сердца понимая, что время упущено.

Из-под асфальта стремительно вырвался толстый желтоватый штырь и, подбросив парня в воздух, насквозь пробил его правое бедро.

А когда окровавленный заостренный конец вместе с обломком кости вышел из ноги сантиметров на двадцать, он вдруг раскрылся широким зонтиком и с силой рванул вниз, намертво прижав орущего Вову к асфальту.

Гвоздь… Бля, как не вовремя!

Мы с Лехой засуетились возле поплывшего от болевого шока Володи.

– Шляпу! Шляпу эту надо срубить! – закричал Леший, выдергивая из-за спины топор.