Аквариум

 – Только осторожно, в ногу не воткни!

Мы, как два бешеных дровосека, принялись остервенело бить топорами по круглой поверхности Гвоздя. Поверхность была очень плотной, топоры отскакивали, оставляя лишь неглубокие вмятины. Сзади неумолимо приближался Дятел. Из покалеченной ноги Вовы во все стороны брызгала кровь. Очень много крови. Она стекала по нашим рукам и лицам, оставляя на губах липкий медный привкус. Видимо, Гвоздь пробил бедренную артерию.

"Бесполезно… Не вытащим пацана…" – жестоким приговором всплыло в голове.

Тут даже и без Дятла он минуты через две от кровопотери скончается, руби – не руби…

Та же мысль читалась и на перекошенном лице Лешего, закусившего губу и отчаянно молотящего топором, и в мутных глазах пришедшего в себя Вовы, который смотрел сквозь меня и судорожно искал что-то подсумках.

– Гранаты… Гранаты дайте, мужики! – прохрипел он. – Хоть гондона этого… Соплю гребанную…

Леха опустил топор, выпрямился, посмотрел на меня.

Сколько всего было в этом взгляде: отчаяние, ярость, боль, скорбь и в тоже время – признание неизбежного. Наверное, тоже самое он прочитал и в моих глазах, потому что через секунду, стиснув до скрипа зубы, он с глухим подсердечным стоном достал две эфки, разогнул усики и вложил гранаты Вове в ладони, прижав его трясущимися пальцами рычаги. Взял парня двумя руками за виски, прижался лбом.

– Прости, Володя… – тихо проговорил он. – Ты – настоящий пожарный!

– Нормально, – прохрипел тот. – Бороде – привет…

Леший подобрал его автомат, толкнул меня в бок и побежал. Дятел был уже метрах в тридцати.

Я молча похлопал Вову по плечу, чувствуя подзабытое ощущение набухших в глазах слез, всмотрелся в грязное лицо, стараясь навсегда запомнить его черты, потом резко развернулся и побежал вслед за Лешим.

Бежали очень быстро. Откуда только силы взялись…

– Вон туда прыгаем! – прокричал Леха через плечо и нырнул за массивную гранитную тумбу, служившую основанием одного из кованных чугунных фонарей, расставленных по всей набережной.

Прыгнули. Присели. Одновременно натянули потуже шлемы и выглянули из укрытия как раз в тот момент, когда Дятел настиг Володю.

Навсегда в моей памяти останется эта дикая, безобразно жестокая и абсурдная картина.