Хронотриггер

, – замялся Костя, – давай на другом примере посмот…

Сашка внезапно согнулся и съездил кулаком в живот товарищу. А затем нажал на правую кнопку…

– Отсчет начался! – торжественно провозгласил Костя.

Сашка посмотрел на него удивленно.

– Ты в порядке? – спросил он у приятеля, который секундой ранее схватился за ушибленный живот. – Пузо не болит?

– Нет. Ну, давай, сделай что-нибудь, а потом вернем.

Сашка потрясенно вылупился на удивительное устройство.

– Работает, ух! Ну ты, Костян, даешь… Вот так штука…

Сашка снова нажал на левую кнопку.

Она, как и в предыдущий раз, едва слышно щелкнула. Мальчик подскочил к Косте и, резко оббежав вокруг него, ударил ногой по ягодицам.

– Вручаю пендаль! – хохотнул он. – И еще один! – Сашка снова изловчился, нанеся легкий хлопок по Костиному мягкому месту. Костя в последний момент успел перехватить его ногу в шортах, когда Сашка уже нажимал на правую кнопку.

– Ого! – медленно произнес Костя. Они с Сашкой снова были лицом к лицу, в том положении, когда Сашка еще не попытался ударить товарища.

 – Ты же ведь только что прописал мне пендаль? Но я не чувствую боли, однако помню, что это было.

– Ага, – тихо ответил Саша. – Слушай, это что же выходит – штуковина не только тому оставляет память, кто на кнопку нажал, но и… Раз мы с тобой касались, когда я нажал… Слушай, Костян, это же круто! Вот это да!

– Эй, очкарики! – раздался поодаль голос Юли, их одноклассницы, – стручки свои измеряете? Валите-ка отсюда по-быстрому, а то я вам тоже кое-что коротенькое покажу, – и под общий хохот группы подруг Юля показала друзьям вытянутый средний палец.

– На себя посмотри, корова! – огрызнулся Сашка.

– Валите-валите отсюда, тупицы. – Это было обидно, но было правдой – и Сашка и Костя перебивались с двойки на тройку практически по всем школьным предметам.

– Сама ты дура тупая, уродина! – напоследок гаркнул Сашка и потянул Костю прочь. – Ах, – сказал он мечтательно, когда они покинули площадку, – богиня!

– Дурень ты, Саня! Нашел тоже, в кого влюбиться.

Она слишком красивая для таких, как мы с тобой.

– Молчи уж. Она – богиня! Отличница, красавица, в обиду себя не даст… Не хочу, как ты, опускаться до простофилии – любви к простушкам!

– А что такого? Зато я у них в почете.

– Заливай кому другому, лапшевес.

Друзья расхохотались.

– А пойдем, – предложил Сашка, – попьем колы нахаляву? Утолим жажду, а затем откатим время назад.