Ищу пропажу с нежным сердцем!

Не забыли, завтра у меня заслушивание о ходе расследования нераскрытых преступлений? Не хотелось бы посылать вас дальше этого самого Катманду.

– Не забыли!…Не забыли!…, – дружно заверила его в обратном дружная парочка.

– Ну-ну, – неопределённо повторил прокурор и двинулся дальше по коридору.

– Давай-ка, в натуре, подготовимся к заслушиванию, – остывая, проговорил Павел.

– Давай, – примирительно улыбнулся Гордей, прикрывая за шефом дверь.

– В чём там у нас ясности нет?

– Первое, – заглядывая в совместный план оперативно-следственных мероприятий, огласил проблемный пункт Полунин.

 – Связку с ключами от квартиры, дачи и машины при осмотре мы нашли у Острянского в кармане джинсов. Логичнее, если бы они торчали в замке, вынутом из петли. Обычно люди так поступают. Да ещё в спешке.

– Чепуха! – не согласился сыщик, проявляя свойственную ему заносчивость самоуверенного человека. – Ты так делаешь, я – эдак. Прижимистый мужик ключи от авто ни в жисть не выложит. Не принципиально. Поехали дальше.

– Второе.

Убитый лежал на кухне головой в сторону горницы, а ногами – к порогу. То есть, получается, что убийца стоял лицом к выходу. Вроде бы как Острянский застал его, а не злоумышленник нагрянул незваным гостем…

– Это твои мудрствования, доктор Фрейд, – прервал Гордея Розанов. – Психологизм…Ты плотнее к сути давай. Какая разница, кто куда лицом стоял? Нам убийца нужен, или чё?

Если дотошный и отчасти флегматичный Полунин в пустяковой мелочи видел знак, то импульсивный Розанов, со свойственным для него зудом нетерпения, прежде всего хватался за «грандиозные проекты».

– Не скажи, – заспорил, было, следователь. – Разрешив чепуховую неясность, мы, не исключено, разрешим и главный вопрос.

– Давай, давай, Гордей, не томи, – пренебрежительно подгонял его разыскник.

– Ладно. Третье, – проглотив обиду, снова заглянул в план неопытный оппонент. – Острянский был хозяином мастерской. Его работники показали, что в районе семнадцати-тридцати вечера он точно с цепи сорвался: бросил всё, побежал к гаражу – тот расположен на отшибе, сел в свой «Фольксваген» и куда-то угнал.

В процессе эксперимента установлено: чтобы добраться от мастерской до гаража и до дачи требуется десять-двенадцать минут. Так как Жанна обнаружила его в районе шести уже бездыханным, то он мог ехать только на дачу. При другом раскладе, у него полный цейтнот. Заковыка в том, что возле дачи в тот день его машины никто не видел. В гараже её тоже нет. И до сих пор мы авто не нашли.