Апокалипсис, вид снизу. Том I

Горячее бедро Инги Вейсман приятно обжигает кожу.

– А, проснулся, – Инга Вейсман приподнялась над подушкой. – Признаться, ничего подобного у меня ещё не было. С такой голодной страстью и блеском в глазах на меня ещё никто не набрасывался. У тебя и в самом деле три года секса не было.

Грубый и гораздо более уверенный стук в дверь разрушил любовное наваждение. Виант сдёрнул с груди одеяло и сел прямо, ноги свесились до пола. Сколько он проспал? Да какая разница! Виант мысленно махнул рукой и, для полной надёжности, положил на всё болт.

В конце концов, у него очень даже уважительная и, быстрый взгляд через плечо, очень сексуальная причина. Инга Вейсман тоже сдёрнула в сторону одеяло и села прямо.

– Лучше открой дверь, – Инга Вейсман легко поднялась на ноги, её правая рука подхватила с пола белый халат. – Это Николай Павлович, я узнаю его по стуку.

Будто подтверждая её слова, через запертую дверь долетел глухой голос куратора:

– Кнопка! Какого хрена! – а потом что-то ещё неразборчивое, но очень грозное и сердитое.

Глаза торопливо пробежались по спальне. Ладно, хрен с ними, Виант натянул брюки стального цвета прямо на голую задницу. Искать трусы некогда. Это только внешне Николай Павлович похож на продавца поддержанных машин. Если потребуется, куратор и в морду кулаком засветить может. Как-никак, десант бывший, Садист как-то раз проговорился.

Ладно, придётся обойтись без куртки, руки машинально затянули ремень. Лёгкий костюм стального цвета, в котором ходят почти все научники на базе «Синей канарейки», нравится Вианту гораздо больше армейского камуфляжа пиксельной раскраски.

Да и без ботинок можно обойтись, тапочек у него всё равно нет. Прямо босиком Виант прошлёпал ко входной двери.

– Какого хрена ты не на занятиях? – Николай Павлович, словно штормовой ветер, ворвался в гостиную, едва Виант щёлкнул замком. – Дрыхнешь, небось?

Внешне Николай Павлович похож на очень важного дипломата самой крутой на Земле державы. Тёмно-серый костюм тройка как всегда ослепительно чист и тщательно отутюжен.

Из рукавов пиджака выглядывают манжеты белой рубашки. Но внешность обманчива. Виант торопливо отступил в сторону. Если приглядеться, то на каждом плече куратора едва ли не физически выпирает большая звёздочка поверх двух красных полос. А то, чем чёрт не шутит, и по три звёздочки на каждом плече.

– Да, да, – из-за спины куратора выглянул Илья Шантыгин, штатный лингвист секретного проекта, – ваше опоздание чудовищно.