Апокалипсис, вид снизу. Том I

В свои двадцать пять лет Илья Шантыгин успел обзавестись выпуклым брюшком. Ближе к сорока он обязательно превратится в типичного упитанного профессора самых гуманитарных наук с обширной лысиной и вечно потёртыми локтями на поношенных пиджаках. Чему в огромное степени способствует самая что ни на есть семитская внешность Ильи. Правда, Виант бросил хмурый взгляд на лингвиста, на базе «Синей канарейки» он предпочитает носить положенный по уставу лёгкий костюм стального цвета и чёрные ботинки.

Иначе говоря, эпоха поношенных пиджаков с плотными заплатками на локтях наступит несколько позже.

– Вы пропустили мои занятия, – Илья Шантыгин шипит рассерженным плюшевым медвежонком. – Я только напрасно прождал вас полтора часа.

А после, про себя продолжил Виант, побежал жаловаться начальству. Причём, сразу к Михаилу Владимировичу, начальнику «Синей канарейки». Там же, в кабинете руководителя, оказался Николай Павлович, которому, в конечном итоге, и пришлось разбираться в ситуации.

– Для нас дорог каждый час, буквально каждая минута, – Илья Шантыгин распаляется прямо на глазах. – На вас, уважаемый, лежит колоссальная ответственность вынести из продвинутого мира Ксинэи как можно больше знаний. Не говоря уже о самом дитарском языке.

Началось, Виант закатил глаза. Умный мальчик Илья под нуждами всего человечества неумело и топорно пытается скрыть собственный интерес. Виант понятия не имеет, почему именно Илью Шантыгина наняли для работы в «Синей канарейке», но то, что главной причиной его согласия был провал на ниве официальной науки, это точно.

Обличительный монолог Ильи Шантыгина помог окончательно прийти в себя и собраться с мыслями. Виант, до хруста в позвоночнике, расправил плечи. Итого получается, что он проспал два с половиной часа. Да, это очень серьёзный косяк.

– Я требую…, – провозгласил было Илья Шантыгин, но резко заткнулся.

Что именно требует штатный лингвист, так и осталось невыясненным.

Илья Шантыгин вытянул шею, его взгляд метнулся в глубь гостиной. Лицо лингвиста пошло красными пятнами. Илья Шантыгин смутился так, будто оказался на Красной площади посреди толпы титулованных иностранцев в один трусах.

Что за? Виант оглянулся. Ну, конечно. В гостиную вошла Инга Вейсман. Молодая женщина прямо на ходу демонстративно завязала на талии узкий пояс. Это она специально так подгадала, голову на отсечение.