Дело пропавшей балерины

Знал и о том, что только крайнее отчаяние либо страх понуждали несчастных преодолевать три этажа, взбираясь по этой лестнице, и сбивчиво рассказывать о своем горе работникам сыскной части.

В кабинете гость с любопытством огляделся: опрятно, кипы бумаг аккуратно разложены по папкам. Репойто-Дубяго – педант. Когда-то он был руководителем антропометрического кабинета, располагавшегося тут же, за стенкой. Главным следователем он стал почти случайно, после громкой отставки предшественника. Тарасу Адамовичу тогда чудом удалось остаться в привычном амплуа помощника главного следователя.

Высокие чины требовали его повышения, здравый смысл подсказывал господину Галушко просить об отдыхе в отставке. Пришлось согласиться на компромиссное решение.

Что же привело его теперь на место бывшей службы, в эпицентр прежней жизни, с ее тревогами и радостями? Неужели желание удостовериться, что следователи серьезно возьмутся за дело Томашевич? Отчего он вообще проникся этой историей? Не оттого же, что старый друг отказался доигрывать шахматную партию?

Главный следователь не выдержал короткого молчания.

– Ну, и как дела? С виду – затворническая жизнь пошла тебе на пользу.

– Так и есть.

– Завидую. По-хорошему завидую. У нас тут… – он картинно развел руками.

– Все спокойно, на мой взгляд.

Собеседник наморщил лоб.

– Это мнимое спокойствие, – категорически возразил он. – Через пару недель здесь будет твориться черт-те что. Его величество император пожалует к нам вместе с цесаревичем!

Тарас Адамович сочувственно хмыкнул, а для пущего эффекта вскинул свои густые брови высоко вверх.

– Вот! – поднял палец начальник сыскной части и почти обиженно упрекнул бывшего коллегу. – Так что, какое там «спокойно», Тарас Адамович.

Подготовить город к визиту членов императорской семьи – дело чрезвычайно сложное. И ложится оно обычно на плечи полиции. В прошлый императорский визит были приняты меры безопасности, можно сказать беспрецедентные.

Кроме местной полиции, гарантировать безопасность царскому семейству и его свите должны были еще примерно 450 служивых из других городов. Каждый из маршрутов движения императора с его сопровождением охраняли от 250 до 300 жандармов под руководством офицеров. Все лица, вызывавшие малейшее подозрение, находились под неусыпным надзором. Однако все это не помешало бывшему выпускнику Первой гимназии дважды выстрелить в упор в намеченную жертву.