Анна Корф и старая аптека

Дамы в летних платьях, белых и голубых, уже сидели в столовой. Сегодня обещал быть жаркий день.

– Мама, к чему этот цветок в волосах, – с упреком сказала Аня. – Это лишнее. Мы же не на бал, у нас серьезное дело.

Луиза тотчас потянула крошечный синий цветок из волос.

– Луиза, оставь! – воскликнула Аладьева. – Не слушай ее! Вот глупости. Очень даже к месту.

Луиза в растерянности посмотрела на Аню, но та лишь махнула рукой.

Как только лакей объявил, что экипажи готовы, женщины поспешно направились к выходу.

Луизу усадили в одни дрожки, а остальных – в другие. Экипажи разъехались в разные стороны. Луиза Реверди отправилась на Алексеевскую. В конце этой улицы напротив бакалейной лавки стояла старая аптека, куда и нужно было Луизе. Второй экипаж поехал в другой часть города на открытие французской кондитерской.

Эту кондитерскую открывал племянник Аладьевой – Марк Васильевич Аладьев, сын той самой родственницы, что сейчас сидела с ними в экипаже.

Французская кондитерская показалась Марку превосходной идеей.

Он только одному удивлялся: почему никто в Самаре не открыл таковую до него. В это предприятие Марк Аладьев вложил не только весь свой скудный капитал, но также занял у всех, у кого смог и взял большой кредит в Государственном банке.

Кондитерская была устроена со столичным шиком. В аренду был взят первый этаж большого каменного дома на Дворянской. Обустройство кондитерской стоило тридцать тысяч рублей, в то время как капитал самого Марка составлял всего три с половиной тысячи.

При этом заемных денег он не жалел и покупал только самое лучшее и дорогое. Так за баснословную сумму были куплены два венецианских зеркала, что теперь украшали зал кондитерской. Словом, кондитерская Марка представляла зрелище необыкновенное. Весь город с нетерпением ждал дня открытия.

Ждала его и Анна Корф. В предприятие Марка она вложила десять тысяч рублей и сейчас чувствовала себя причастной к этому большому и торжественному делу. На открытие она ехала с волнением.

«Вдруг никто не придет!», – беспокоилась Аня. – «Марк такой чувствительный, воспримет это как провал. О-хо-хо, лишь бы все получилось. Даже если придет человек двадцать, уже хорошо».

С такими мыслями Аня подъезжала к кондитерской. Однако уже за полверсты она поняла, что зря беспокоилась. В сторону кондитерской отовсюду стекались люди. У всех был праздничный вид, будто они шли на воскресную службу.

Аня вздохнула с облегчением.