Nomen Sanguinis. Имя крови

– Да что ты говоришь? И ты прямо-таки это вспомнила? Именно, я повторюсь, вспомнила его предательство, или все-таки кое-кто тебе о нем рассказал?.. – Начо усмехнулся.

– Нет. Но… Нас поймали, когда мы ехали к вам. О встрече знали только Гвинн и вы. Так что выбирай, кто предатель? Ты, Начо? Может быть, Родриго? Или, наконец, будем делать выводы, зная о привычках одного Истинного играть в лишь ему ведомые игры?

– А я вот помню, Алия, как Родриго и Гвинн договорились о встрече. Помню прервавшийся звонок Гвинна, где он просил спасти тебя.

И мне об этом не рассказали, чтобы успокоить, я это помню сам. Подумай, зачем Гвинну было так сложно избавляться от Эгиля? Эгиль был его другом много столетий и сам бы пошел на смерть ради Гвинна, попроси тот прикрыть его, пока вы бы ехали к нам. Гвинн хотел спасти обоих, надеялся, что сможет отвлечь эрла, а вы проберетесь в Легион. Знаешь, в чем Гвинн был неправ? Он должен был сразу привезти тебя к нам, а еще лучше убить, не создавая лишних хлопот никому. Никто никого не предавал. Гвинн подставился под удар, когда понял, что вы в ловушке. Он сдерживал карателей, пока мог, а потом позволил схватить себя, надеясь, что вы проскочите. В том, что вы не успели, была вина Эгиля, и это тоже то, что Гвинн не хотел говорить тебе, зная, как ты привязана к своему праотцу. Уверен, что Эгиль лучше бы умер еще раз, чем стал причиной твоего несчастья и несчастья Гвинна, но он был неаккуратен и, сделав звонок, в бешеной гонке забыл уничтожить сим-карту. А мы не успели перехватить вас, узнав, что вас уже отследили. А еще я помню мой разговор с Гвинном после того, как мы вытащили его из тюрьмы. Он боялся, что тебя разрушит то, что сделала Эн. Он был прав? – Начо повысил голос. Алии внезапно стало душно. Она дернулась, и наручники в тишине громыхнули по железному столу. – О да! Прав, потому что ты чуть не сошла с ума, осознав содеянное. И я, кстати, цента не поставлю на то, что ты в себе сейчас! Гвинн тщетно пытался примирить тебя с самой собой. Знаешь, я никогда не думал, что Гвинн способен на жертвенность такого порядка – отвратить от себя самое близкое ему существо. Он превратил твою боль в гнев и обрушил его на себя. Он предложил себя в качестве виновного, чтобы твой мозг смог выстроить защитные барьеры. И ты уцепилась за этот шанс!

– Почему я должна тебе верить? Это тоже лишь слова, и не факт, что не внушенные им!

– Не верь, если тебе так проще.