Проклятая в Академии Стражей, или Я случайно, магистр!

– Но при этом находите время открывать рот?

Кажется, не только Эшвор, но и все в аудитории поспешили опустить взгляд. Однако, освобожденная от “прожекторов” общественного интереса, я не стала выдыхать и расслабляться. Наоборот подобралась еще больше и замерла, как хомяк, застуканный на месте преступления с полными щеками хозяйской гречи.

– Раз вы такой многозадачный – подвиньтесь. Мисс Итмонт, прошу. – Донеслось сверху буквально таки ласковое приглашение, тем не менее словно обухом садонувшее меня по затылку.

 – Мистер Эшвор объяснит вам суть упражнения и если по итогу занятия вы оба не сдадите мне успешную работу, останетесь… убирать аудиторию.

Я кивнула самой себе и, уверенной походкой “сухаря в юбке” из любимого маминого советского фильма, направилась к мажору.

Судя по тому, как с моим приближением все больше кривилась его аристократическая рожа, это его совсем не устраивало. Стоило мне присесть рядом с ним на скамейку, как от нас, словно от прокаженных, тут же поспешили отсесть пара девушек и один парень.

Ну, что же… меньше народу – больше кислороду! Но Мэллорд и этого как-то не оценил. Очень уж грустно мой первый академский враг посмотрел вслед одной из отсевших от нас девушек.

– Не могла просто сгинуть и оказать всем услугу, да? Так хорошо день начинался…

– Сам виноват. Нечего было язык свой распускать. – В тон ему огрызнулась я, за что тут же нарвалась на тихий, но очень злобный обмен любезностями.

– Гадина…

– Козлина тупорылый. Давай, показывай что делать?

На мгновение мне даже показалось, что сейчас мы с мажором подеремся.

Бедняга так напрягся и выпучил на меня глаза, что я почти услышала как со свистом закипают его мозги. Но он ограничился убийственным взглядом и не без мстительного удовольствия обрушил на стол передо мной толстенную книгу в очень затертом кожаном переплете.

– Страница шесть. Изучи картинки. Даже спрашивать не буду умеешь ли ты читать. Справишься?

Чувствуя острую потребность прицельно плюнуть ему прямо в его смазливую рожу, я улыбнулась врагу самой сладкой своей улыбкой, мысленно посылая козлу лучи смерти.

– Уж точно лучше тебя.

Однако, я, вероятно, поторопилась с заявлениями.

На шестой странице меня ждало крайне схематичное изображение руки в стиле средневековых гравюр. На каждой последующей картинке кисть изгибалась под разными  углами, а пальцы скрещивались, демонстрируя пассы, для воплощения которых моим аналогичным отросткам потребовались бы годы пальцевой йоги.