Проклятая в Академии Стражей, или Я случайно, магистр!

– Эээ… что это?

Вместо ответа мажор издевательски ухмыльнулся и подвинул ко мне небольшую корзинку, на дне которой поблескивало несколько зеркальных осколков. Сам же принялся изображать что-то похожее на инструкцию из книги, время от времени прикасаясь к куску зеркала перед собой.

Я огляделась вокруг. Три десятка моих однокурсников были заняты тем же самым. Пригнувшись низко к столу или же наоборот, выпрямившись, они вертели запястьями и гнули пальцы над осколками зеркал. Кто-то при этом что-то настойчиво шептал, кто-то изображал невозмутимую суровость, а одна девушка с ряда за мной и вовсе тихо плакала ежеминутно с громким хлюпаньем втягивая носом назойливые сопли.

Ну… мы, попаданки в иномирье, народ простой. Сказано гнуть пальцы, как на картинке – гнем. Собственно, размяв как следует запястья и закатав рукава худоса, я приступила к делу. Но и пары повторений сделать не успела, как нарвалась на уничижительное:

– И что ты делаешь?

Мне бы наверно стоило подумать о том, что мажор специально меня сбивает, издёвки ради, удовольствия для.

– В смысле "что"? То же, что и все. – Откусалась я.

– Разве? – скривился тот, – Ты что, издеваешься сейчас? Нет, ты специально, да? Хочешь чтобы я остался тут тряпкой размахивать, как какой-нибудь доппель?

Я была озадачена такой реакцией. У меня на нее, честно, не было ни ответа, ни предположения! А Мэллорд меж тем напустился ещё сильнее.

– Оглядись, кто так делает? Обратись к фамильяру, без энергии связи ничего не выйдет, а я не собираюсь тут с тобой до ночи сидеть.

Ну, во-первых мне бы знать что мы все, здоровые лбы, тут делаем, а во-вторых…

– Э… у меня нет… фамильяра этого вашего.

Мажор выкатил на меня глаза так, что я всерьез испугалась, не взорвется ли его голова от такого напряжения. А потом вдруг вскинул вверх руку и яростно затряс ею, привлекая внимание нашего балконного надзирателя.

– Что, Эшвор? Вы уже закончили?

– Магистр Фарлоу! Мы не можем.

По аудитории при этом пополз премерзкий шопоток, в котором то и дело я слышала свое имя. Точнее, не совсем свое.

– Тишина в аудитории! Желающие что-то обсудить – положат мне работу на стол до истечения времени. – резко обрубил все толки магистр. И, судя по мурашкам, прошившим мое тело с головы до пят, упёрся в меня своим пронзительным взглядом.