Волшебство стучится в двери. Книга 2

– В… ваше сиятельство, – заикаясь, промямлил он, с ужасом взирая на почти повисшего на лошади графа. – Это не скакун, а обычная каретная, вы ее все еще продать грозились, да только говорили, что никто не купит… А арабские скакуны, они там стоят, – он дрожащей рукой указал на противоположный конец конюшни, где нервно подрагивая ушами, поводя тонкими ноздрями, переступали с ноги на ногу черные как смоль кони.

Майкл перевел взгляд на светло-серую лошаденку, в которую он отчаянно вцепился, тут же понял, что дело плохо, и мигом ретировался, оставив растерянного конюха предаваться размышлениям о количестве бутылок Мадам Клико, выпитых его господином, не узнавшим своих ненаглядных арабских скакунов.

Воровато оглядываясь и вздрагивая от малейшего шороха, Майкл прошмыгнул в замок в надежде, что слуги уже разошлись и им с Ритой можно будет вздохнуть свободнее. Но он ошибался: зала по-прежнему была полна народа, а раскрасневшаяся графиня стояла у окна и периодически бросала на слуг испепеляющие взгляды.

Появление графа вызвало бурное оживление, но Майкл, с трудом осознав, что он все-таки здесь хозяин, решил положить конец этому безобразию.

– Мы с моей супругой хотим остаться одни, – рявкнул он на подлетевшего к нему управляющего и, не глядя по сторонам, двинулся к лестнице, ведущей на второй этаж.

Слуги удивленно зашептались: их хозяин выглядел недовольным и рассерженным, и, кроме того, что было более чем странно, за все время ни разу не взглянул на жену, которая, казалось, совсем не рада своему появлению в доме графа.

– Не правда ли, удивительно, – донесся до ушей Майкла приглушенный шепот. – Нашего графа просто не узнать. А как к жене относится – она, бедняжка, чуть не плачет. Столько времени руки ее добивался, а, по-моему, нисколечко ее не любит.

Майкл замер на верхней ступеньке. Только этого не хватало! И получаса не прошло, как поползли слухи и сплетни.

Что и говорить, актер из него некудышний и роль графа де Ремаля, мягко скажем, ему не удается, но не до такой же степени!

Майкл решительно слетел с лестницы, подскочил к Рите, подхватил ее на руки и под громкие аплодисменты слуг, чьи хмурые лица тут же разгладились, прошествовал на второй этаж.

– Ты что себе позволяешь, – зашипела ему в ухо Рита и больно вцепилась ногтями в плечо.