Подари мне себя

– Какого… – “ожил” Аполлон и незамедлительно выскочил из тачки.

– Пошли вы… – психанула. Не знаю, чем думала на тот момент, но газанув, умчалась на чужом автомобиле прочь. Лишь в ушах застыло набатом мое имя, кричавшего вслед мужчины…

Часть четвертая

Тимофей

Не передать словами, как я был зол! Сцепив зубы, наблюдал за “бесподобным” фарсом, происходящим на моих глазах. Казалось, еще немного и из меня повалил пар. Так как данная картина не укладывалась в голове…

Татьяна, поникнув безвольной куклой под натиском двух тиранов, отрешилась от всего окружающего.

Возникло желание, немедленно встряхнуть ее за худенькие плечи, привести в себя, чтобы постояла за себя, дав отпор противникам. То бишь, Лесе и нерадивому администратору, одновременно полыхавшему неподдерживаемым гневом и похотливому взгляду, облизывающему стройную фигурку девушки.

Так бы и дал в морду, чтобы уже отвял от Тани. Только спровоцировать еще больший накал конфликта не собирался, не желая, усугублять и без того раскалившуюся до предела напряженную обстановку.

Но стоило Татьяне покинуть “поле битвы”, повернулся к Лесе. Схватил ее под локоть и не слушая возражений, потащил за собой на улицу, чтобы высказать мерзавке все, что думал о ее вопиющем поведении. И, да, собирался уведомить свою “половинку” о разрыве наших “недо отношений”.

– Ты, охуела?! – прижал девушку к стене кафе, заглядывая в наглые глаза. Спрашивается, какого в свое время повелся на нее, наплевав, какой в итоге стервой она оказалась?! Хотя, на тот момент мне было пох…й, где и с кем! Вот и завел себе “комнатную собачонку”, типа для морального успокоения.

Да, на какое-то время сработало, так как Леся безоговорочно раздвигала ноги. Но и взамен требовала немало. Ее запросы росли с каждым днем. Не по дням, а по часам. Ха, только когда-нибудь должен наступить завершающий этап. Вот и мое терпение не бесконечно. Лопнуло, словно мыльный пузырь. Иссякло! Совсем! По нулям! – Зачем приперлась сюда? Я тебя звал?

– Зая, я хотела порадовать тебя… – дрожащим голоском пропищала она.

Слезы бурным потоком хлынули из глаз, смешиваясь со слоем штукатурки (косметики) и липкой массой, что осталась на лице от “сладостного” десерта.

Честно? Не проняло! За несколько лет притерся к подобному, что при малейшем “концерте” ничего не екало. Даже обыкновенной жалости не испытывал при виде ее слез. Поэтому, решил, здесь и сейчас поставить точку между нами, чтобы впредь не терпеть подобные выкрутасы.