Золотой братик

И даже еще раньше был, еще за 500 лет, только его звали почему-то не то Покой, не то Океан. А что такое «девятое правление», вообще не понять. В ушах гудело. Почему, если Ярун – император, то он все равно не самый главный, а есть еще какой-то неведомый Дракон Айварикиар, только не Сташ, а какой-то его сын младший, внук Яруна? И вот этого-то внука все и должны сразу слушаться… Ребята оглядывались, но он прятал глаза. Что-то он написал наугад, какие-то имена и цифры. И урок кончился. Он подождал, чтоб ребята ушли, тогда только обреченно встал и понес свой дрожащий листок поторапливающему учителю, считая зачем-то шаги и плитки пола.

Подал – листок забрали, разгладили. И с досадой сказали:

– Да бред. Ты книжку-то открывал вообще?

Дай смотрел в пол. Отворилась дверь, впуская учительницу математики и старшего воспитателя.

– Так, и здесь понятно, что дела плохи… Дай, кто помогал тебе на контрольной работе по математике? Сережа?

Дай поднял голову. Помогал? То, что было дальше, он не очень хорошо понимал.

Взрослые сердились и говорили громко. А потом дернули за руку, отвели в соседний, пустой и холодный, чисто проветренный класс музыки, сунули за парту и положили под нос розовый новый бланк контрольной с другими заданиями. Дай замер над ним в глухой пустоте. Очень хотелось пить. Он взял ручку и нечаянно уронил.

– Не балуйся. Решай.

А синих честных цифр не было. Были только какие-то желто-розовые, ненадежные, скользкие.

– Дай, язык мы тебе простим, мы понимаем причины, почему ты плохо пишешь.

Но если ты не сможешь справиться с элементарными заданиями по математике, то в следующем семестре тебе просто нечего делать. Ты понимаешь?

Еще бы. Дай взялся за первый пример. Загибая пальцы, долго считал и раскрывал скобки. Написал в ответе две съежившиеся хиленькие циферки.

– Неправильно. Смотри, ты тут шестерку на девятку опять перевернул. Внимательнее. Ты не выйдешь из класса, пока не решишь эти простенькие задания. Тут же ничего сложного нет.

Двенадцать штук! У Дая что-то оторвалось внутри.

Через час он решил всего четыре первых примера. За окнами начинало темнеть. Пришел главный учитель, посмотрел и махнул рукой:

– Какой смысл? Хватит терзать ребенка. Уже зеленый сидит. Артем сам с ним решит. Ты не виноват, Дай, ты – просто маленький еще для школы, тебе – подрасти надо…

Проклятую, исчерканную, закапанную слезами контрольную убрали, вместо нее положили какой-то серебристый «Переводной лист».