Академия контролируемой магии

Если бы он стоял при этом с закрытыми глазами и связанными руками, потому что должность ректора Академии контролируемой магии звучала гордо. Особенно, если этот ректор – Ориан Оллэйстар, прославленный боевой маг и друг императора.

И это шаргхов конец! Естественно, мой.

Проклиная себя, Корсу и все азартные игры разом, я опустилась на пол, по-прежнему прижимая к себе книгу. У меня не оставалось выбора, придётся сидеть, ждать, и молиться, чтобы он побыстрее ушёл. Ах, да, и придумывать чем Корса извинится за мою самоубийственную выходку.

Вот только уже моя спина очень быстро устала сидеть в неестественной и неудобной позе. И не знаю, в какой момент я уснула, но глаза открыла резко. Чтобы похолодеть и лишиться всех чувств разом.

Я убью Корсу! Я убью себя! Меня выгонят из академии!

– Добрый вечер, ректор Оллэйстар.

И всякое случалось в моей студенческой, и не только, жизни, но вряд ли это могло закалить меня до такой степени, чтобы голос не дрожал. Больше того, создавалось впечатление, что я не в шаге от отчисления, а вполне себе в своём праве.

Праве спать ночью в двух шагах от библиотечной преподавательской секции.

– Скорее доброе утро, лиерра Грасс. – Когда напротив тебя на корточках сидит и сверлит взглядом тот, кто одним росчерком может загубить твою судьбу это, мягко говоря, нервирует. – Мне стоит знать, что вы делаете в библиотеке в пять часов утра?

– Думаю, нет, ректор Оллэйстар.

Вряд ли то, как судорожно я подтянула к себе ноги и заставила встать затекшее тело, выглядело хоть сколько-нибудь прилично, но и продолжать сидеть перед ректором с вытянутыми в проход ногами, демонстрируя шерстяные чулки, совсем за гранью разумного.

– Возможно, вы хотели вернуть книгу на место?

Вспомнив о легко узнаваемом ярко-алом корешке справочника, я мгновенно сравнялась с ним по цвету – не объяснять же ректору, что эту пошлость я даже не открывала.

– Вам показалось. – С радостью бы вернула, но оказаться пойманной в библиотеке в это время уже повод для выговора.

Не говоря о возвращении книги, которая, помимо откровенно вульгарной теории, состояла из любовных заклинаний и зелий на любой вкус. – Я лучше пойду. Всего доброго, ректор Оллэйстар.

– Лиерра Грасс, – он даже не пытался скрыть насмешку в голосе, – куратор Гронберг очень добросовестно относится к своим обязанностям, а я слишком устал сегодня, чтобы следить за тем, что происходит в дальнем проходе преподавательской секции.