И тринадцать белых карликов

Я лишь надеюсь, что ты лучше меня знаешь особенности своей раковины, сможешь сохранить ее в целости и легко и быстро заползти обратно, как только это станет нужно…

– Спасибо, что напомнила про раковину, – быстро ухватился за протянутую опору капитан и восстановил равновесие. – Думаю, мне как раз пришло время нарастить ее потолще. Удивительная забота о моих защитных механизмах…

– Ничего удивительного, капитан, – хмыкнула Ада. – Я ведь душу поставила на твою жизнеспособность, а душа – это единственная вещь, ценность которой я признаю безоговорочно…

– Любишь играть по-крупному? – довольно настороженно улыбнулся тот.

– Я вообще не люблю играть, кэп, – качнула головой писательница. – И если уж берусь за кости, то лишь когда ситуация требует крупных ставок…

– Знаете, вот уже некоторое время… – медленно откликнулся собеседник. – Нет. С самого начала мне не дают покоя твои защитные механизмы. Они определенно есть, но я не могу взять в толк, как они работают.

– И тем не менее они работают очень просто – просто противоположно твоим.

– Поясни.

– Ты достаточно прочный, но гибкий товарищ, мой капитан. Я же стараюсь быть прозрачной. Воздух – это мой идеал. Ты знаешь, что он есть, ты можешь почувствовать его прикосновение… – она дунула в лицо собеседнику. – Но ты не можешь его разрушить или поймать. Более того, сильный поток воздуха может приносить серьезные разрушения, так что меня нельзя назвать беззащитной или безобидной.

В то же самое время это вещество жизненно необходимо для большинства живых существ. Так что не переборщите там с наращиванием панциря, кэп, а то еще, чего доброго, задохнетесь. И будет как в той песне:

Спасите наши души!

Мы бредим от удушья.

Спасите наши души!

Спешите к нам!

Услышьте нас на суше -

Наш SOS все глуше, глуше…

И ужас режет души

Напополам!» -

она помолчала, но капитан ничего не ответил, лишь продолжал пристально смотреть ей в лицо.

Тогда, чтобы снова не начать краснеть под этим немигающим взглядом, она продолжила напевать:

– И рвутся аорты,

Но наверх – не сметь!

Там слева по борту,

Там справа по борту,

Там прямо по ходу

Мешает проходу

«Рогатая смерть»!

– Запишите для меня слова, – тихо сказал капитан.