Крымская Чаша Грааля

Меня интересует культ Девы Марии. Если удастся раскопать что-то стоящее, я поверю, что Золотая колыбель и Чаша Грааля – одно и то же.

Друг кивнул:

– Кое-что накопал. Здесь действительно царил культ Марии. По преданию, она являлась первым монахам, жившим здесь. Именно поэтому разросшаяся Успенская церковь всегда привлекала богомольцев. Посол, московский историк Лызлов, в своем труде «Скифская история» говорит, что даже крымский хан, отправляясь в поход, обращался к покровительству Пресвятой Богородицы.

Александр Васильевич провел рукой по широкому лбу, прорезанному глубокой продольной морщиной:

– Почему в Бахчисарае и Чуфут-Кале процветал такой культ Марии? Разве это не кажется странным?

Кондиайн поморщился:

– Дзержинский и его друзья дали нам другое задание. Если бы они знали, о чем мы с тобой говорим…

– Я, кстати, не отклоняюсь от темы, – заметил Барченко и еще что-то добавил, но Зариф не расслышал: в комнате появилась Алима:

– Плов готов. Зови гостей.

Зариф деликатно постучался к гостям:

– Просим к столу.

Он услышал, как Александр Васильевич хлопнул в ладоши:

– Ужасно хочу есть. После обеда отдохнем, а в горы – завтра.

Гости не обманули ожиданий хозяев. Они хорошо заплатили Зарифу и за постой, и за экспедиции в горы. На привалах татарин внимательно вглядывался в их разрумянившиеся лица, будто стараясь найти ответы на мучившие его вопросы, но это ему не удавалось. Скорее всего, ученые ничего не нашли.

Кроме исследований в горах, гости беседовали с жителями Бахчисарая, особенно с крымчаком Яковом Бакши, знавшим много крымских преданий. Когда мужчины засобирались домой, татарин наконец решился спросить:

– Вы нашли Золотую колыбель?

Барченко хлопнул его по плечу:

– Даже не знаю, что тебе сказать. Нет, одно знаю точно: сюда еще вернутся и обязательно что-нибудь отыщут. Можешь мне верить.

Больше Зариф их никогда не видел. Он долго не мог понять, почему они не приехали.

Разве Александр Васильевич не намекнул, что эти работы будут продолжены?

Глава 2

1938 год. Петербург

Александр Барченко мерил шагами камеру смертников. Странно, но думалось ему вовсе не о смерти, он вспоминал те казавшиеся теперь далекими и нереальными экспедиции в пещеры Крыма, Гималаев и Русского Севера, подземные хранилища глубочайших тайн мировой цивилизации. И, главное, он подошел к тому, что искал, очень близко.