Мама

Моя мама говорит, что приготовление пищи – это творчество, равное любому другому виду искусства, что вкусный суп или нежный пирог, приготовленные с душой, могут быть сравнимы с красивой мелодией или хорошими стихами.

Кто-то с маминым мнением согласится, кто-то нет, однако я сама во время приготовления пищи прямо-таки чувствую, как на меня снисходит вдохновение. Наверное, поэтому еда у меня обычно получается весьма недурно.

Пирог был готов примерно через час. На чудесный аромат, который разнёсся от него по всему дому, из своей норки выполз Дерек.

Не угостить его я, конечно, не могла, поэтому пирог закончился гораздо быстрее, чем я рассчитывала – несмотря на свою спортивную подтянутую фигуру, муженек оказался на удивление прожорлив.

После того, как от выпечки осталась только пара крошек, Дерек поблагодарил меня за поздний ужин и ушел к себе.

Когда я легла спать, из-под двери его спальни еще виднелся свет, и раздавались едва слышные щелчки мышки магбука.

***

Утро четверга началось с веселья.

Когда я проснулась и пошла умываться, оказалось, что Хозера дома нет. Он появился, в кроссовках и спортивном костюме, как раз тогда, когда я, приведя себя в порядок, заваривала на кухне чай.

– Бегаю по утрам, – объяснил мне муж.

– Молодец, – похвалила я. – А я вот себя бегать никак заставить не могу. Я заварила чай. Будешь?

– Буду, – обрадовался Хозер.

Я потянулась, чтобы взять еще одну чашку, как вдруг раздался звонок в дверь. Должно быть, курьер принес очередную порцию внусностей из пекарни Ларена Шета.

– Открой, пожалуйста, – попросила я мужа.

Он кивнул и пошел к двери, а я принялась разливать в чашки чай.

– Ух ты! – раздался из прихожей удивленный голос Леонарда Кари. – Ты кто, мужик?

– А вы-то кто такой, юноша? – с прохладцей поинтересовался Дерек.

– Я – Лео, – ответил маг. – Я к маме пришел.

– Боюсь, Лео, вы ошиблись, – сказал Хозер. – Здесь вашей мамы нет.

Я хихикнула, оставила чай и тоже пошла в прихожую.

– Как это нет? А куда же она делась? – возмутился тем временем Леонард.

А потом увидел меня, выходящую из кухни, отодвинул удивленного Хозера в сторону и зашел в дом. – Вот же она! Мам, привет! А этот крендель сказал, что ты здесь не живешь. Я даже испугался. Кто он, кстати, такой?

Выглядел Леонард сегодня еще более феерично, чем обычно: он был одет в пеструю рубашку, от которой буквально рябило в глазах, зеленые штаны с желтыми заплатками и канареечного цвета кеды.