Мама

Так в некотором роде и вышло – шесть лет назад я окончила Лиарскую юридическую академию и устроилась криминалистом в отдел расследований Центрального УСП. Тогда я считала, да и считаю до сих пор, что с этой работой мне крупно повезло, ведь я самостоятельно, без помощи папы и его многочисленных знакомых сумела пробиться в главную правоохранительную структуру государства. Должность моя, правда, была не ахти какая значимая, но для двадцатидвухлетней девушки – самое то. Тем более, при должном усердии открывалась неплохая перспектива карьерного роста.

Целых три года моя жизнь была яркой, насыщенной знакомствами и впечатлениями и полностью меня устраивала. А уж в плане приобретения опыта и полезных навыков она являлась просто сказочной. Знаете, каково это – в поисках следов преступления ползать по высокой мокрой траве или осматривать каждый квадратный сантиметр комнаты, залитой липкой вонючей жижой? Я вот знаю и с уверенностью могу сказать: это очень интересно.

Конечно, в течение первых шести месяцев службы в УСП я очень уставала.

Приходила домой, ужинала, а затем буквально вырубалась, причем не редко прямо за столом. Потом, правда, вошла в колею, а на третьем году получила свое первое повышение – должность младшего кеана – руководителя группы криминалистов нашего отдела.

Словом, все у меня было хорошо. До того момента, когда родители вдруг объявили, что я выхожу замуж.

Помню, в тот день я пришла со службы достаточно рано – часов в шесть вечера. Мама с папой встретили меня странными, горящими от возбуждения взглядами, терпеливо дождались, когда я поужинаю (наверное, опасались, что я подавлюсь от внезапного счастья), а потом сообщили, что совсем скоро моя жизнь круто изменится.

– Ви, как ты относишься к тому, чтобы выйти замуж? – осторожно спросил у меня отец.

– Пап, если ты хочешь выселить меня из дома, так и скажи, – хохотнула я. – Мне можно все говорить прямо, без намеков.

– Вот и хорошо, – кивнул родитель. – Тогда говорю прямо: через неделю состоится твоя свадьба.

– Ого! – удивилась я. – И кто же жених?

– Дерек Хозер.

От неожиданности я поперхнулась воздухом, а прокашлявшись, скептически посмотрела на серьезные лица родителей.

– Вот не смешно, пап. Ни разу.

– А я не смеюсь, Ви, – сказал он. – И не шучу. Хотя мне очень хочется, чтобы все это оказалось розыгрышем.

В ответ на вопросительный взгляд мама протянула мне небольшой лист плотной дорогой бумаги.